Шеф, мудрый человек, быстро сбил с него спесь, подсунув ему немолодую, по меркам юного Ромы, дамочку — лет тридцати восьми, невыразительной внешности: сухопарую блондинку с мелкими чертами лица. Муж блондинки хотел выяснить, устоит ли его супруга перед соблазном, и Роман начал работать, заранее уверенный в результате.
Однако все вышло не так, как он ожидал. Дамочка легко пошла на контакт, но стоило Роме намекнуть на продолжение отношений, как она выскользнула и на прощание даже позволила себе небрежное высокомерие.
Он не смог бы повторить то, что она сказала, да это было и неважно: высокомерие пряталось в интонациях, в ее взгляде, в легком пожатии плеч… Он потратил на эту стерву два вечера, а она даже не дала себя поцеловать!
Докладывая об «операции», Роман интерпретировал события в свою пользу, выставив дамочку верной женой, устойчивой к мужской красоте и обаянию — если только красота и обаяние не исходят от ее супруга. Шеф выслушал его рассказ, хмыкнул и отрядил на продолжение операции Антошу — субтильного субъекта с кривой ухмылкой и крашеной белой челкой.
"
"Антоше крепость сдалась после третьей встречи, и все стороны получили свое: семейная пара — развод и такой раздел имущества, который устраивал заказчика, фирма — гонорар, а Роман — щелчок по носу и важный урок. «Женщины клюют не на красоту, — сказал шеф, проводя разбор полетов. — Они клюют на исполнение своей мечты. Тебе придется этому учиться».
И Рома учился. Выяснилось, что клиенток, не клюющих на стандартные приманки, — меньшинство.
Роман посмеивался про себя, слыша, что мужчинам достаточно красивой фигурки и смазливого личика, чтобы они увлеклись их обладательницей и забыли обо всем. Женщины, с его точки зрения, были устроены куда проще! Им даже не нужны в избраннике фигура и лицо, если он соответствовал образу идеального возлюбленного, а таких образов-схем оказалось всего три. Следовательно, и всех клиенток можно было рассортировать на три группы.
Для первой важна была сила — во всех ее проявлениях. Сильный мужчина платил за все, принимал решения за всех и готов был сражаться со всеми, если в том была необходимость. Мозги сильному мужчине были необязательны, их успешно заменяли инстинкты, и чем ярче они демонстрировались, тем охотнее обрабатываемые дамы падали в объятия самца. Роман так и называл этот образ — «самец». Он ему хорошо удавался.
Вторая группа любила «качели».
