На минуту Тане даже показалось, что сегодня она и все дети в этом зале вместе с ней увидят другой спектакль, с иной концовкой: Золушка так и не попадет на бал, принц не узнает о ней, и фея будет появляться лишь иногда, на праздники, и дарить крестнице кастрюли, половники и прочие необходимые кухонные принадлежности. Старшие сестры выйдут замуж, мачеха разведется с Лесничим и уедет с новым мужем в другое королевство, а Золушка так и останется жить при дряхлеющем отце, незаметно старея сама.
Добрые люди, добрые люди,Кто пожалеет, а кто-то осудит…«Чудес не бывает, милая Золушка.
Господи, почему же мне так хочется, чтобы с тобой — ты слышишь, хотя бы с тобой — случилось чудо! По-настоящему!»
И неужели на белом конеСчастье мое не приедет ко мне?!«Потому что, если бы оно случилось, это означало бы, что оно может случиться и со мной! Со всеми нами, Золушка…»
Девочка на сцене замерла, остановившись на самом краю, протянула руки к залу. Высокий чистый голос запел умоляюще:
Добрые люди, добрые люди,Будет ли чудо со мной, иль не будет?Она не просто спрашивала, она просила о помощи, умоляла оставить ей хотя бы надежду на сказку, которая едва не разрушилась, когда она упала под взглядами переполненного театра.
Будет ли чудо со мной, иль не будет?
«Чудес не бывает, Золушка…»
И вдруг зрительскую тишину прорезал отчаянный громкий голос:
— Будет!
Мальчик в третьем ряду вскочил, всем телом подался к Золушке, обернувшейся к нему:
— Будет!!!"
"«Матвей?!»
Татьяне показалось, что она со своего места уловила изумление, мелькнувшее на лице актрисы.
Золушка сбилась, и, вместо того чтобы начать следующий куплет, уставилась на мальчика.
— Я тебе говорю, будет! — в третий раз упрямо крикнул Матвей, позабывший обо всем и даже о маме, сидевшей где-то за спиной, далеко в темноте.
— Будет, будет! — внезапно поддержал его неподалеку девчоночий голос.
— Да! Будет! — выкрикнул ребенок, сидевший за Таней, и словно по сигналу, поданному предводителем, по всему залу стали раздаваться детские голоса:
— Будет!
— Будет, Золушка!
— Золушка, не плачь! Будет!
Оркестр смешался и замолчал.
Актриса на сцене стояла, оторопев, расширенными глазами глядя в зал, где вскочившие дети выкрикивали одно слово, и отдельные их выкрики уже слились в громкий, скандирующий хор:
— Будет! Бу-дет! Бу-дет!
Захлебнувшийся оркестр вдруг пришел в себя, и опять зазвучала музыка, под которую улыбающаяся актриса закружилась на сцене.
