Когда он исчез, Кирилл засмеялся — сначала тихо, затем все громче и громче, и наконец на глазах его выступили слезы от хохота. Вика представилась ему крысой, которая сама кладет себе приманку в крысоловку, а затем пытается достать ее, и дверца с треском захлопывается.
— Ну ты и дура… — удовлетворенно пробормотал Кручинин, вытирая выступившие слезы. «Там-то я тебя и поймаю. А Лиска мне в этом поможет».
«Вывезти ее из города не получится: есть вероятность, что по дороге нас остановят или она сумеет привлечь внимание.
Охрану использовать нельзя… сдадут, уроды… значит, все придется проделать вдвоем с Лисой». Наверху торгового центра огромные площади, и если они смогут беспрепятственно попасть туда, то у него появляется шанс навсегда избавиться от Вики. Как обезопасить себя от обвинения в убийстве, он придумает позже, а пока ему нужно обезопасить себя от нее, от ее яда.
Все получится, если она не насторожится, не заподозрит, что он следит за ней. Сообразив это, Кручинин позвонил водителю, покорно ждавшему возле отеля, и приказал возвращаться в офис.
Затем вынул из кобуры пистолет, проверил, заряжен ли он, и спустился в аптеку на первом этаже. Голова была ясной и очень холодной, почти звенящей льдинками изнутри, где пульсировала только одна мысль: «Я не дам ей этого сделать».
Как он и ожидал, в аптеке нашлись хирургические перчатки. На всякий случай Кирилл купил еще пару бинтов, не задумываясь особенно над тем, зачем они нужны ему, и сунул свои приобретения в карман брюк. С каждой минутой человек в нем уступал место проснувшемуся и с трудом сдерживающему себя зверю, который открыл желтые глаза в ту секунду, когда Вика наклонилась над Кириллом, показав ему брошь в форме птицы.
Зверь не мог рассуждать здраво, он вообще не мог рассуждать, он хотел только одного: немедленно уничтожить тварь, которая представляла для него смертельную опасность.
«Алиска… Алиска мне поможет. Умная моя девочка, хорошая моя девочка… Мы с ней вдвоем все сделаем. А лишние люди нам не нужны. Брать никого не будем».
Он спрятал в карман ключи от своей машины и взглянул на часы. До встречи его бывшей жены и Алисы оставалось тридцать минут.
Тридцать минут, тридцать минут… Вика выбежала с черного хода, не зная, что ее меры предосторожности были напрасны: «Мерседес» стремительно удалялся от гостиницы. Нырнув в такси, она назвала адрес и откинулась на спинку сиденья, репетируя первую фразу, с которой она обратится к девочке. «Здравствуйте, Алиса. Спасибо, что согласились прийти».
