Ещё лучше, меня даже в детстве не били, чего это он придумал? Мне стало и обидно, и страшно. Ну да, я не пай-девочка, но бить женщину?! Того, кто слабее? Слёзы брызнули из глаз, и я закричала срывающимся голосом:
— Отпусти меня, ящерица хвостатая! Я не твоя подданная, бей своих женщин.
— Чего ты сказала? — воскликнул дракон, переворачивая меня обратно на спину. А мне захотелось побольнее его задеть, поэтому я выкрикнула:
— Теперь понятно, почему все женщины сбегают от такого любовника.
Слёзы продолжали литься из моих глаз, но через их пелену я заметила, как дракон начал покрываться пятнами.
Что-то зарычав, он схватил меня, опять положил на плечо. Я уже не сопротивлялась, а рыдала в голос.
Адемир выскочил на балкон. Поставил меня на пол и тут же начал превращаться в дракона, занимая всё свободное пространство. Я прижалась спиной к стене, слёзы уже лились не от обиды, а от страха, что сейчас меня не просто выпорют, а съедят. Огромный чёрный зверь стоял возле меня, и пар шёл из его ноздрей.
И чего это он так завёлся? Что, его никогда не посылали, что ли, раньше далеко и надолго, вроде как три любовницы свалили от него в закат.
Дракон схватил меня лапами, спасибо, что при этом убрал когти, и полетел. Я завизжала. Ну, во-первых, мне было неудобно, во-вторых, страшно, вдруг он в наказание скинет меня с этой высоты. Мы сделали круг над замком и все, кто был во внутреннем дворе, могли обозревать, как Адемир наказывает меня. Я же просто верещала белугой. Потом мы полетели над дорогой, лесом, деревней.
Жители, которые были в это время на улице, тоже насладились утренним шоу, где я и дракон были в главной роли.
Потом мы полетели к горам, там никого не было и я, устав верещать, замолчала. Наконец, до меня дошло, что Адемир не собирается меня убивать. Я смирилась с тем, что сейчас немного покатаюсь. Ну а что, мечта многих девушек. Мне будут завидовать, когда домой вернусь, если меня в психушку не посадят.
В конце концов, мы прилетели.
Дракон начал снижаться над живописным местом. Бирюзовое озеро блестело, как драгоценный камень, в обрамлении серебристых гор, привлекая к себе. Мне пришла мысль, что, наверное, сейчас дракон искупает свою добычу в нём в отместку за всё. Но нет, он бережно поставил меня на берегу, а сам превратился обратно в человека с горящим взором, голым торсом и босыми ногами. Если бы он меня не обидел так сильно перед этим, я бы честное слово, уже бы висела на его шее.
