На что она ответила:
— Слушай, ты интересная такая! Я и так намекала как могла! Ты думаешь, зачем я тебя в храм потащила? А ты вместо того, чтобы обо всём догадаться и прижать дракона, вляпалась в неприятности.
— Я, между прочим, в храме, как раз таки обо всём догадалась. — остановила я поток упрёков. — И именно поэтому вляпалась в неприятности. Сердце-то у меня не каменное, оно тогда чуть из груди не выскочило от моих догадок.
— Ладно, понятно. Ты не обижайся, просто влезать в дела влюблённых не есть хорошо.
Поэтому хоть все и всё знали – молчали. Ну, вы наконец, во всём разобрались.
— Наконец, — проворчала я, — Адемир считает, что нужно было разбираться после отъезда динайской делегации. Так что, если бы не мой «финт ушами» со штанами, мы бы до сих пор ходили вокруг да около.
— Ну да. Это в характере короля. «Лучше перебздеть, чем недобздеть».
— Вот и сейчас он «бздит». Никуда не могу выйти без сопровождения.
— Ну а что тебе, ходят, да и ходят за тобой эти стражники. Ты бы взяла их, к работе привлекла.
— Не привлекаются они, нельзя нарушать приказ короля. У стражи другие должностные обязанности, — пожаловалась я. — А ещё эти стражники обыскивают всех, кто ко мне подходит.
— Меня не обыскали, — задумчиво сказала Глафира. — Джулия, тебя обыскивали?
Джулия, которая убирала грязную посуду на разнос, с интересом посмотрела на нас.
— Вчера обыскивали, сегодня нет. Но я думала, это потому что я им примелькалась.
— Это что, тебя эти мужланы лапали? — возмутилась я.
— Они очень осторожно, я предупредила, что являюсь драконьей невестой.
Я сделала себе заметочку в голове, что непременно нужно об этом поговорить с Адемиром. Хотя, может, он и сам всё понял, раз сегодня дамы прошли ко мне свободно.
— Обалдеть! — возмутилась подруга. И с сочувствием посмотрела на девушку. — Хорошо, что меня сегодня не обыскали. А ты куда хотела без стражи сходить? — спросила она, обращаясь ко мне.
— Да мне, вроде как, к свадьбе надо готовиться. А знаешь, как напрягает, когда каждого подходящего к тебе лакея или ещё кого, обыскивают.
Это к тому же замедляет процесс работы.
— Могу представить, — посочувствовала Глафира.
Несколько минут мы сидели молча и грустили. Потом Глафира, заметив мой огромный балкон, вышла на него. Взволнованная, она вернулась в комнату и сказала:
— Пойдём, покажу, что я обнаружила.
Знаете, как чувствует себя человек, который сейчас будет ходить по тонкой черте? Вот и во мне проснулся азарт.
