Я даже была рада, что он прервался, так как мне было бы неловко это услышать, но, самое интересное, когда успел?
– Может, всё-таки расскажешь, откуда у тебя такие познания обо мне? – спросила я его, пока он нёс меня на руках в нашу комнату.
– Давай потом, ладно? Я не готов тебе пока дать на это ответ, тем более, скоро сама вспомнишь, – уж больно мрачно ответил он. Так…. Судя по виновато-мрачной физиономии, он в прошлом явно сильно проштрафился. То, что у нас с ним было общее прошлое, я догадалась, так как не раз слышала от Юли такие рассказы, но даже не представляла, что у самой случится похожее.
Он опустил меня на кресло у столика на террасе, откуда открывался великолепный вид: раннее утро, туман всё ещё стелется по траве, а на зелёных кронах деревьев сверкает в утренних лучах, будто россыпь бриллиантов, роса. И ещё ко всему этому аромат кофе. Просто…
– Блаженство, – промурлыкала я, и с нежностью посмотрела на своего благодетеля.
– Как ты любишь, со сливками, свежими.
– уточнил он, даря мне улыбку, а в его глазах отражалась тоска и боль.
– За сливками сам в истинном обличии в коровник бегал? – не удержалась я, решив немного подколоть демона, надеясь, что у него воображение работает нормально, и эта картина его развеселит. А что, у коров и у демона есть общее: рога и хвост, мысленно хохотнула я.
– Нет, я за ними не бегал, а если бы такое случилось, то, боюсь, у коров от нервного потрясения молоко бы закончилось, – улыбаясь, ответил Алан, но грусть из глаз не ушла.
– Так, а ну прекращай! – не выдержала я.
– Свет, ты о чём? – растерялся султанчик. Я встала с кресла, подошла к демону, взяла его лицо в свои ладони и, не отрывая своего взгляда от его глаз, высказала своё мнение о проблеме.
– Я не знаю, что ты в прошлом мне сделал, но вижу по твоему лицу, что ничего хорошего – это точно. Но запомни, это – прошлое, которое изменить ты не в состоянии, так что прекращай заниматься самоедством и не порти мне утро кислой миной, понял? Я же со своей стороны обещаю: что бы я ни вспомнила, это не повлияет на наше настоящее.
– Это ты сейчас так говоришь, пока не помнишь. – сгрёб меня в охапку и, прижимая к себе, с невероятной болью в голосе тихо ответил Алан.
""Твою ж мать! И что теперь мне делать? Успокаивать? Охренеть, это ж насколько тяжко быть замужем!"" – ругаясь как портовый грузчик (про себя, естественно), стала уже я успокаивать своего несчастного демона.
