Я так уверенно рассказываю о своей речи, в то время как написала только: «Дамы и господа, уважаемая супруга лорд-мэра, добро пожаловать на это особое событие».
– Честно, я восхищен тем, что мне удалось о нем узнать, – продолжает Саймон. – Собрать такое огромное количество денег, задействовать столько людей…
– А еще он дважды поднимался на Эверест, – охотно киваю я. – И участвовал в парусной регате «Фастнет». И очень много своих друзей и знакомых вдохновил на это.
– Вау, – вскидывает брови Саймон. – Впечатляет.
– Его старый школьный друг умер от рака печени, – коротко говорю я.
– Отец хотел сделать что-то для людей, у которых диагностировали рак. В его компании было запрещено собирать средства на другие нужды!
Я смеюсь, будто это была шутка, но на самом деле я не шутила. Папа был в каком-то смысле… что же это за слово?.. Непримиримым. Признаюсь честно, в тринадцать мне захотелось сделать короткую стрижку. Папа разозлился на меня, когда я ненароком высказала свое желание вслух. «Твои волосы – твоя сила, Сильви, – без устали повторял он.
– Твоя красота». И на самом деле он был прав. Позже я бы, наверное, пожалела, что постриглась.
Повинуясь внезапному порыву, приглаживаю рукой свои длинные золотистые волны. Никогда не смогу их отрезать. Это все равно что предать папу.
– Ты, должно быть, скучаешь по нему, – произносит Саймон.
– Да. Очень сильно.
К глазам подступают слезы, но я по-прежнему широко улыбаюсь и делаю глоток вина, стараясь не встретиться взглядом с Дэном. Он уже напружинился, я чувствую.
Его челюсти сжаты, лоб облепили знакомые волны морщин. Он ждет не дождется, когда тема моего отца иссякнет, как люди ждут, пока грозовая туча проплывет мимо.
Боже мой, почему он так в себе не уверен? Эта мысль пронзает мой мозг прежде, чем понимаю, почему так подумала. Знаю, что это неправильно. Знаю, что это несправедливо по отношению к Дэну. Мой отец был всегда неотразим, на всех производил глубокое впечатление. Не так-то просто быть зятем такого человека, да еще и слышать, как люди постоянно восторгаются им, в то время как ты просто…
Так.
Сильви, остановись! Дэн ведь тоже особенный. Но по сравнению с отцом…
Хорошо, буду с собой совершенно честна. Наедине со своими мыслями, за которые никто меня не осудит, я могу сказать сама себе: для внешнего мира Дэн и в подметки не годится моему отцу. У него нет ни денег, ни гордого стана, нет той потрясающей харизмы и достижений в благотворительности.
Но я не хочу, чтобы Дэн был моим «вторым отцом».
