– Началась эвакуация некоторых наркоматов и крупных предприятий, НИИ и так далее, мы тоже должны будем покинуть Москву?
Берия вплотную подошел к Платову:
– Даже не думай об этом. Если произойдет катастрофа и немец войдет в Москву, все мы, и я, и ты, и члены ГКО, и лично товарищ Сталин, останемся вместе с войсками оборонять Кремль. Все ляжем здесь, но из Москвы не уйдем. Это решение товарища Сталина.
Платов улыбнулся:
– Понятно!
– Ступай!
Платов выехал с территории Кремля. Солдаты вовсю маскировали основные объекты, особенно мавзолей Ленина.
Войдя в свой кабинет, майор вызвал связиста и приказал передать в партизанский отряд «Звезда» еще одну шифрограмму: «Отряду строго запрещается вести какие-ибо действия против фашистских войск до эвакуации в столицу особой группы».
Для группы Шелестова дни в партизанском отряде тянулись медленно. Они не выходили из блиндажа даже тогда, когда немецкая авиация бомбила лесной массив. «Юнкерсы» и «Хенкели» делали это периодически, по два налета за день. Германское командование, планировавшее наступление на Киев, не знало точного местоположения партизанской базы и вряд ли вообще догадывалось о ней, потому что партизаны пока не тревожили немецкие части.
Поэтому бомбили вслепую. Авось кого-нибудь да зацепят.
Лагерь жил своей жизнью. Иногда приезжали подводы с припасами. Происходило это чаще всего ночью, когда немцы предпочитали отдыхать. У них, педантов, все шло по графику, все было расписано по часам. И ломался установленный порядок только там, где они сталкивались с разрозненными частями и подразделениями Красной армии, в большинстве случаев пробивавшимися к своим через линию фронта.
8 июля на базе обозначилось интенсивное движение.
Шелестов вышел в штабной отсек, когда там находился один командир отряда:
– Что произошло, Матвей Григорьевич?
Зубарев оторвался от карты, посмотрел на майора:
– Ночью к нам вышла разведка стрелкового батальона, точнее… уже роты. Сейчас это подразделение в семи километрах от нашей базы.
Отправляем группу им навстречу. Так что, майор, скоро красноармейцы будут здесь. А дальше… сами прекрасно знаете, что дальше.
– Почему роты? Прорывался, насколько мне известно, батальон.
– Не знаю, разведчики доложили, что их послал капитан Дуганов, это командир первой стрелковой роты, которая шла авангардом. Батальон в наших условиях, когда тропа иногда теснится болотами с обеих сторон, может продвигаться по отделению, где-то сходясь во взводы, максимум в роту.
