Она ехала через весь город на автобусе, а в сумочке везла пистолет!
— Как — через весь город на автобусе?! Одна?! Кто ее отпустил?!
— Никто! В том-то и дело, что она разгуливает по городу без присмотра! За нею никто не смотрит!
Лиза схватилась за сердце: видимо, в ее голове промелькнули сотни вариантов похищения маленьких детей и всех самых жутких вещей, которые с ними могут приключиться.
— Артур… я возвращаюсь к отцу. — Она дрожащими руками поправила волосы. — Я не могу допустить, чтобы наша дочь оказалась в опасности!
— Нет, Лиза! Это не выход! — вспыхнул он и схватил ее за руки.
Сейчас, когда лед между ними тронулся, больше всего на свете ему не хотелось отпускать ее от себя.
В ее глазах блеснули слезы.
— Так найди способ забрать нас с Аней! А до тех пор, пока ты ничего не придумаешь, я вернусь к отцу.
— Он шантажирует тебя, Лиза! Нам нельзя сдаваться! Чтобы победить его, мы должны быть вместе!
— Пойми, Артур: все, что есть в моей жизни — это Аня. Я не смогла ничего достичь. У меня нет собственного жилья, я не получила никакого образования… Если с ней что-то случится по недосмотру, я не смогу себя простить.
Хочешь нас вернуть — сделай так, чтобы закон встал на нашу с тобой сторону.
— Не уходи, Лиза! — взмолился он.
— Я должна быть рядом с дочкой, пойми! А если… если ты действительно меня любишь, найди способ нас забрать.
Она взяла свою сумочку и заторопилась к выходу.
— Ты хоть на работе останешься? — удрученно поинтересовался он ей вслед.
Она обернулась.
— Конечно! А как же иначе? Я временно возвращаюсь к отцу лишь для того, чтобы уберечь нашу дочь от неприятностей.
И… я надеюсь на тебя, Артур. Не подведи нас с Аней в этот раз. Ты очень нам нужен.
Она стремительно подошла к нему и горячо поцеловала его в губы.
Он подался ей навстречу, желая обнять, но она лишь отрицательно покачала головой и быстро вышла.
«Как же, отметили воссоединение!» — Артур раздраженно оттолкнул в сторону коробку с пирожными. Стало досадно, что он так и не сказал ей о том, что отныне она является его женой.
«Ладно, пока я не найду способ убедить судью в том, что следователь Романов — самый худший опекун на свете, для нас с Лизой будет лучше, если дочка останется под ее контролем», — открывая сейф, продолжил размышлять он. Травматический пистолет лежал на своем месте.
Мобильник завибрировал вызовом от Кащеева.
— Слышь, Зверев, ты в офисе еще? — загадочно поинтересовался городской управляющий.
— В офисе, где же еще.
— Улика там же?
— Естественно.
