Алкоголь давно вытеснил из их голов все остатки серого вещества, а заодно все остальные интересы и чувства, но иногда кое-какие мысли у этих людей все же проскакивали. Один из участников этого собрания явно утаивал от своих компаньонов отложенные деньги, не желая делиться, и всячески отрицал возможность «скинуться на пузырь».
Катрин напряглась. По телу пошла вибрация, из недр сознания потекла волна мыслей, которые она попыталась передать алкоголику-жмоту. Но ничего не вышло. Точнее вышло, но лишь наполовину – он потянулся в карман за деньгами, сам того не осознавая, но потом резко осёкся и передумал.
Тогда Катрин сделала попытку передать свои мысли другому мужичку, который собирал деньги в общий «банк».
– Сдается мне, Валера, что ты нас обманываешь, – вдруг произнёс заплетающимся языком тот, кому Катрин подала мысленный сигнал.
– Я? Обманываю? Да за кого ты меня принимаешь?
– А ты выверни карманы!
«Получилось! – окрылённая успехом Катрин вызвала такси, оставив алкоголиков разбираться между собой. – Вера же говорила, что я должна быть самостоятельной».
Таксист прибыл через пять минут, и, пока они мчались в нужном Катрин направлении, она без конца посылала сигналы в голову таксиста, подменяя его внутренний голос своим. Сила, которая жила внутри, быстро испарялась, и Катрин это чувствовала. Она попросила таксиста высадить её чуть раньше, в районе богатых домов, чтобы незаметно пробраться к логову маньяков.
Когда они прибыли на место, Катрин сделала вид, что полезла за кошельком, но водитель её остановил:
– Не нужно! – сказал он и, пожелав удачи, помог девочке выйти.
– Спасибо, – состроив невинное лицо, Катрин вышла из такси и помахала водителю.
До одиннадцати оставалось полчаса. Если двигаться быстрым шагом, можно успеть, но была одна проблема. Катрин не имела понятия, на месте преступники или оставили свой притон после бурной ночи. Всё сейчас зависело исключительно от удачи. Затаившись в кустах напротив объекта наблюдения, она достала из сумки криво сшитую куклу и начала двигать её ногами, имитируя ходьбу.
Сначала ничего не происходило, и Катрин уже хотела было бросить эту затею и вернуться домой. В конце концов на этом деле свет клином не сошёлся. С другой стороны, ей почему-то искренне хотелось помочь Нине – в знак бывшей дружбы. От досады она резко заломила кукле руку, и со стороны дома послышался истошный вой: по крайней мере один из насильников был дома. Катрин подобралась поближе и украдкой заглянула в единственное зарешечённое окно.
