Я посмотрела назад и обнаружила, что все это время мы шли по неглубокой траншее.
— А теперь отойди в сторону.
Мысль о том, что можно сойти с этой странной тропы, вызвала у меня прилив энтузиазма. Я с готовностью шагнула в глубокий снег и тут же провалилась в сугроб по пояс. Ледяной, поколебавшись, протянул мне руку. Левую. А он ведь правша. Но меня, наконец, отпустила неясная тревога. Поэтому я не спешила принимать помощь, и вместо этого попросила:
— Может, не надо? Что это за место? Что я чувствую?
С сугробом все же пришлось расстаться.
Свейт подошел сзади и выдернул меня из него за воротник. Не успела я и пикнуть, как пес довольно бесцеремонно швырнул меня в объятия куратора. Очередного падения не случилось. Ледяной удержался на ногах и удержал меня. А затем укоризненно сказал:
— Свейт! Не делай так больше.
После этого, куратор, наконец, отстранился и продолжил как ни в чем не бывало:
— Поняла разницу?
Я с тоской оглянулась на милый безопасный сугроб и вздохнула:
— Разницу поняла, больше ничего не поняла.
Странное чувство тревоги вернулось.
— Это след, по которому сюда переместился гварт, — терпеливо пояснил Ледяной. — Точнее, его приманили.
С этими словами он подковырнул сапогом снег на тропе, и я увидела следы крови и перьев.
— И кто же это сделал? — спросила я. — Горцы?
На уроках землеописания в Академии Хранителей я обычно спала. Не то чтобы предмет был скучным. Но магистр Хофф имел привычку монотонно бубнить, что превращало любой его урок в сончас для адептов. Я смутно помнила, что на Севере угроза исходит от целой группы горных племен, которые поклонялись чужим богам и приручали обитающих здесь тварей.
Глаза куратора словно подернулись корочкой льда, но в его голосе прозвучала злость:
— В отчете мы именно так и напишем.
— А на самом деле?
— Не важно. Тебя должно сейчас интересовать только то, что ты смогла почувствовать гварта и его след.
— Это Мистивир… — начала было я.
Но в тот же миг осознала, что не права. На этот раз меч мне не подсказывал.
Это сбивало с толку, и я продолжила:
— Что это значит?
Ледяной шагнул ко мне и тихо проговорил:
— Это значит, Анна, что в тебе спит сильная и древняя магия стражей. Способность чувствовать опасные порождения гор. И ее нужно развивать. Этим мы и займемся в ближайшее время.
Сильная и древняя магия? Но откуда? Хотя глупый вопрос. Ясно же, что такое могло мне достаться только от матери, которую я не знала. Наверное, люди правы, и мой отец везде находит сокровища.
