— Ну как? — Настя сделала замысловатый пируэт, при этом в высоком, до бедер, разрезе соблазнительно мелькнула нога в телесного цвета чулке."
"— Прямо дух захватывает! — восхищенно ответил Леша Чистяков, за много лет привыкший видеть свою подругу преимущественно в джинсах, свитерах и кроссовках. — А тебе самой нравится?
— Очень. Спасибо тебе, солнышко.
— Я старался, хотел тебе угодить. Как-никак, такое событие…
Настя, крутившаяся перед зеркалом, остановилась и подозрительно поглядела на Лешу.
— Какое событие?
— Ты в первый раз согласилась поехать со мной на банкет. Согласись, это что-нибудь да значит.
Настя недовольно нахмурилась.
— Ты что же, хочешь, чтобы я поехала в… в этом?
— Ну да. Я это платье купил специально для сегодняшнего вечера.
— Лешенька, милый, — взмолилась она, — я в нем измучаюсь. Целый вечер провести в туфлях на шпильке, следить за осанкой, не иметь возможности сесть так, как хочется, как удобно, — я этого не вынесу.
Ну можно, я надену брюки и удобную обувь?
— Ася, но это все-таки банкет! — возмутился Чистяков. — Какие брюки? Ты с ума сошла?
— Я обещаю, брюки будут высший класс, прямо от Кардена. И свитер возьму понарядней. А, Лешик?
Она ласково обняла Лешу и потерлась носом о его плечо. Леша в отчаянии махнул рукой и отвернулся.
— Я так старался… — расстроенно проговорил он. — Бегал по магазинам, искал это чертово платье, мечтал, как ты его наденешь.
Хотел, чтобы оно было непременно черное, ты ведь любишь этот цвет. И что теперь? Все зря?
Глядя на его огорченное лицо, Настя почувствовала угрызения совести. Он и в самом деле старался, хотел сделать ей подарок, а она… Но, с другой стороны, целый вечер в платье за 600 долларов и в туфлях на высоком каблуке, когда болит спина и отекают ноги, — перспектива не из приятных.
— А что, — решилась она внезапно, — может, и в самом деле раз в жизни выйти в свет в приличном виде? Сделаю прическу, нарисую лицо — и вперед.
Леша сгреб ее в охапку и закружил по комнате.
— Аська, ты будешь на этом сборище самая красивая! Все мужики поумирают от зависти ко мне.
Стоя под горячим душем и втирая шампунь в длинные светлые волосы, Настя Каменская думала о том, что приносимая ею жертва была не такой уж большой, если вспомнить, сколько хорошего сделал ей Чистяков за годы, которые они провели вместе.
