Неужели забрали? Отняли у нее единственное, что ей принадлежало?!
Боже… Она прижала руку ко рту огляделась по комнате, очень неприятно было осознавать, что кто-то рылся и…
Тут она ее увидела."
"Сумка с ее книгой лежала на столике перед тем диванчиком, на котором она сидела накануне вечером. Под ней, честь по чести, вычурный серебряный поднос и тонкая вышитая салфетка. У Ники от сердца отлегло.
Присела, книгу открыла не сразу, честно говоря, опасалась, что опять ничего не будет. Когда открывала, снова пальцы обожгло, но не так как прежде, немного иначе.
Как будто книга чем-то плевалась в нее. Странное ощущение.
И открылось вовсе не то, чего она ожидала. Ей даже не удалось найти то место, где она вчера читала. Зато теперь доступны были какие-то рассказы из жизни первой «серебряной» королевы, все на тему плодородия и земледелия. Прямо как контекстная реклама какая-то.
Однако Ника вспомнила траву за окном и решила все-таки вникнуть, раз уж она теперь отвечает тут за озеленение земель.
Странно было осознавать, что от тебя зависят какие-то там природные процессы. Это как-то… Придавало смысл жизни, что ли.
Она даже зачиталась и чуть не пропустила момент, когда пришла Тирсия.
Но как только услышала, немедленно спрятала книгу и вышла из спальни.
***
Старуха стояла у накрытого стола, внимательно изучая что-то.
— Понравилось угощение?
— Э… да, — проговорила Ника.
Тирсия кивнула:
— Хорошо. Эти блюда будут подавать тебе впредь.
— Э… кхммм, — Ника прокашлялась. — Я, в принципе, не против была бы попробовать и остальное. Просто уже не влезло.
И тут старуха всплеснула руками и расхохоталась, а Ника смотрела на нее, не понимая, начинать сердиться, или как?
— Вот что значит молодая ведьма! А в меня уже никакая еда не лезет. А это плохо, очень плохо… Но посмотри!
Женщина отошла к окну и замерла, показывая рукой на что-то. Ника выглянула, травы стало больше, и она теперь выглядела сочнее. Как-то даже не по себе стало.
— И что мне теперь надо делать? — спросила она, глядя вниз.
— Ничего, — улыбнулась старая ведьма. — Ничего тебе не надо делать, просто жить.
Отошла к столу и замерла у подноса, на котором лежали платки. Коснулась кончиками пальцев сначала одного, потом другого. И опять этот странный выжидательный взгляд и черти в глазах.
— Что это? — спросила Ника.
— Это? — бабка обернулась. — Белый платок — беседа. Красный платок — ночь.
