Казалось, теперь можно запереться от всех в своих покоях, потому что до завтра ничего, кроме вечернего пира, ничего не предвидится.
Однако ближе к концу дня произошло нечто непредвиденное.
глава 72
Держаться так, словно у нее стальной хребет, Ника могла только на людях. А стоило закрыться за ней дверям ее покоев, стоило оказаться хоть в относительной безопасности от взглядов — и ее уже трясло мелкой дрожью. Трясло так, что зубы стучали, а кожу холодило, как будто к ней примерзает лед.
— Ванну! Скорее! — рявкнула Тирсия и щелкнула пальцами, устанавливая по периметру защитный контур.
"
"Такар бегом метнулась наполнять ванну, а Лессаль с Тирсией раздевали ее в четыре руки. И в скором времени она уже лежала по горло в приятно согревающей воде. И все еще тряслась и стучала зубами.
— Сейчас пройдет, — сказала старуха, приложив ладонь к горячей руне у края ванны, и добавила в воду немного лавандового масла. — Принесите отвар из трав!
Теплая ароматная вода и травный чай сделали свое дело, понемногу стало отпускать.
Ника выбралась из ванны, переоделась в удобное платье из мягкой ткани и села за стол. Девушек к этому времени Тирсия уже отпустила, они остались вдвоем.
— Поговорить не хочешь? — спросила она Нику.
Да, наверное, стало бы легче. Но ей трудно было начать.
— Знаешь, — Ника смотрела куда-то в себя, вспоминая недавнее прошлое. — Когда Дэймар забирал меня из замка Фейсал, он просто вел меня за руку, и перед ним расступались все эти вооруженные до зубов люди. Их было так много, полный замок.
Они боялись его. А сегодня…
Все пережитое сегодня вдруг навалилось с новой силой, и она запнулась от душивших ее чувств. Потом проговорила, выровняв дыхание:
— Так же расступались передо мной. Чуть по стенам не размазывались.
Страх. Но ведь еще недавно везде, где бы она не появлялась в этом замке, ее встречали только улыбками и любовью. Это было обидно.
— Ты — королева, — жестко сказала Тирсия. — Тебя должны бояться. Иначе сожрут с потрохами. А нежной и слабой ты можешь позволить себе быть, только когда рядом твой мужчина.
Скорей бы он вернулся.
Но это не прозвучало.
Тирсия уставилась в окно, пальцы шевельнулись, выдавая волнение. А Ника посмотрела на нее и вдруг призналась:
— Сегодня я человека убила.
— Да? — хохотнула старуха, поворачиваясь к ней. — Это как же?
— Там на арене, во время поединка. Ты заметила, было ментальное воздействие? Маг подыгрывал Дирену. Я сбила. И… и…
— Успокойся. Эти уроды заслужили свою смерть.
