— Смотри, что у меня есть?
Это были черные кружевные митенки, высокие, почти до локтя. Идеальная маскировка.
Вскоре явились запыхавшиеся девушки, доложили, что стражник был у лекаря. Странная слабость, скорее всего переутомление. Лекарь дал ему укрепляющий состав, и он снова встал в караул.
— Нет, — нахмурилась Ника. — Пусть сегодня отдохнет. Мне не понадобится две дюжины охраны, достаточно одной.
— Но как же…
— Люди должны отдыхать. А мы покажем им, что не боимся."
"После этих слов воцарилась мертвая тишина.
А потом Лессаль опустилась перед ней на колени и заплакала:
— Миледи Беренис, меня вчера этот северный лорд Инарг поймал в зале, и… — у бедной девчонки язык заплетался от отчаяния. — И спрашивал о вас. Но я не сказала ни слова. Клянусь, я не сказала!
Дорогого стоит чистосердечное признание.
— Вставай. И не плачь. Главное, что ты ему ничего не сказала, — проговорила Ника, уже обращаясь к обеим. — А впредь, если он или кто-то еще будет наседать на вас с расспросами, все рассказывайте мне.
Обе девушки просияли и вздохнули с видимым облегчением. И Нике легче стало, как будто камень с души упал.
— А теперь одеваться! — хлопнула в ладоши Тирсия.
Сегодня она выбрала темно-синее закрытое платье, отороченное по горлу и по краю рукава тонкими полосками блестящего черного меха. К нему было украшения из черных камней и серебра. И конечно же, кружевной черный шарф и митенки. Шарф Ника повязала так, что он закрывал лицо и крепился к волосам короной — обручем. Сквозь густое кружево почти не видно было лица, только яркие глаза и пятном губы.
Образ вышел потрясающий. Утонченный и таинственный.
— Теперь они точно друг друга поубивают, — мрачно пошутила Тирсия.
— Где будет открытие и первый поединок?
— Во внешнем дворе замка, миледи Беренис.
— Хорошо, — она повернулась к дверям.
И как раз вовремя.
Явился посыльный, сообщил, королеву ждут, чтобы начать состязание.
глава 71
Сегодня королеве на пути попалось гораздо больше придворных. Обычно она их почти не видела, потому что сначала сидела в библиотеке, а потом проводила все свое время Дэймаром.
А на люди выходила разве что по вечерам, когда Дэймар устраивал в пиршественном зале веселые ужины.
Тогда ей казалось, что все эти люди обожают своего короля. Теперь видно было, что лояльность, это все-таки товар.
— Смотри, — говорила себе Ника. — Смотри и запоминай.
Чтобы попасть во внешний двор, нужно было спуститься в большой нижний холл замка.
