– Жаль, сэр. – Сержант не сдержал улыбки. – Ну, да ничего, хватит и той, что осталась. Что мне следует узнать у Рагби?
– Вы мне говорили, что он видел, как в субботу вечером миссис Клиберн и Пленмеллер уходили из «Кедров». Вы попытались узнать, не сделал ли один из них чего-нибудь подозрительного, и получили отрицательный ответ. В руках у них не было ничего, в чем могла бы быть спрятана винтовка. Тогда нас интересовали эти два вопроса. Но по-настоящему важное от вас ускользнуло. Не обижайтесь, от меня тоже – потому, наверное, что вы столько болтали, что не давали мне времени подумать, – добавил он.
– Сейчас мне необходимо знать, кто первым появился на Вуд-лейн – миссис Клиберн или Пленмеллер.
– Господи! – вырвалось у сержанта. Умоляюще глядя на начальника полиции, он произнес: – Простите, сэр! Это я действительно упустил. К тому времени я стольких уже опросил! Это не оправдание, но я никого не заподозрил, а старик Рагби из тех, кому на самый простой ответ нужно не менее получаса. Я решил, что он наверняка увидел сначала Пленмеллера, а потом миссис Клиберн.
– Он посмотрел на часы. – Если не возражаете, сэр, я прямо сейчас отправлюсь в Торнден. Полицейский участок там в двух шагах от коттеджа Рагби, и я притворюсь, будто у меня дело к Хобкирку. Если Рагби сидит в саду, то я подойду к нему, и мы пообщаемся. Это я говорю на случай, если кто-то будет за мной наблюдать.
– Действуйте, – разрешил полковник. – Только так, чтобы Рагби не почуял подвоха, Карсторн!
– Будет исполнено, сэр.
Я пожалуюсь, что, старший инспектор сделал мне замечание, ведь я не подал письменный рапорт с его показаниями.
– А надо бы! – заметил Хемингуэй, когда за сержантом закрылась дверь.
– Вы оказываете на моих подчиненных деморализующее действие, – сурово заметил полковник. – Между прочим, вы предприняли что-нибудь в связи с тем, другим делом? Я про Эйнстейбла.
– Я попросил свое начальство аккуратно навести справки, сэр. Кстати, теперь эту просьбу можно отменить, – ответил Хемингуэй, вставая и собирая свои бумаги.
– Я рад, что вы ставите на этом точку.
– Меня это не касается, сэр. Если у вас больше нет ко мне вопросов, то я пошел. До возвращения Харботтла я почти ничего не могу предпринять, разве что усадить клерка Уорренби за документы, которые я забрал из Фокс-Хауса, хотя с этим можно подождать. Лучше я сначала поужинаю.
– Вы знаете, где он живет?
– Выясню, сэр.
Полковник поднялся и протянул ему руку:
– Всего хорошего.
