– Вы говорили, что огорчены.
– Только ради приличия. Пришлось его позвать, чтобы не обидеть. В тесном сообществе нельзя ни о ком забывать, иначе получится неудобно, так я сказала Генри.
– Вот, значит, зачем он пошел в Вудхолл? – спросил Гэвин, заинтересовавшись.
– Если бы я проигнорировала мистера Уорренби, – продолжила миссис Хасуэлл, пропустив мимо ушей его вопрос, – то пришлось бы поступить так же с Мэвис, а этого мне не хотелось.
– Лучше бы вы его проигнорировали!
– У нее безрадостная жизнь. – Миссис Хасуэлл упорно не замечала реплик собеседника.
– Причем она никогда не скажет о нем дурного слова.
– Ни о нем, ни о ком-либо вообще. Я – другого поля ягода.
– Любопытно, почему задерживаются Эйнстейблы?
– Наверное, боятся, что Уорренби уже тут как тут.
– Я же говорила: в половине четвертого. Надеюсь, у Розамунды обойдется без приступа. Смотрите, молодежь уже завершила партию, а вторая пара еще только раскачивается. Мне хотелось выставить против мистера Драйбека сильных соперников! Ну как, милая? Кто выиграл?
– Дети! – доложил Кенелм Линдейл.
– Нас с Делией попросту расстреляли.
– Вот лгун! – вмешалась Абигейл Дирхэм, швыряя в кресло ракетку и накидывая багровый кардиган. – Мы бы еще держались, если бы не возмутительное везение Чарлза.
– Полегче! – посоветовал хозяйский сын, подходя к столику, на котором теснились стаканы и различные напитки. – Просто блестяще продуманный удар! Что предпочитаете, Делия? Лимонад, оранжад, просто пиво, имбирное пиво, паршивый джин? Выбирайте!"
"Миссис Линдейл, сделав выбор, села рядом с хозяйкой дома и, кутаясь в наброшенное на плечи пальто, покосилась на наручные часы.
Эта молодая светловолосая женщина была худа, профиль имела орлиный, взгляд ее глаз цвета голубого льда никогда ни на чем не задерживался. Она выглядела постоянно напряженной, казалось, что мысли убегают куда-то за горизонт. Ее муж отказался от карьеры биржевого брокера ради сомнительных перспектив фермерства, поэтому считалось, что у нее есть все основания для тревоги.
Не так давно они поселились на ферме Рашифорд к северу от Торндена, на хоуксхэдской дороге. Знатоки английского фермерства и сопряженных с ним опасностей гадали, как долго они там продержатся. Обоим нельзя было отказать в энергии, но им недоставало привычки к сельской жизни. Трудности Делии усугублялись хлопотами с годовалым ребенком, которого она с обожанием окружала заботой, казавшейся избыточной родителям старшего поколения, приученным к прозе жизни.
