Ох, скорее бы все это уже кончилось. Чем выше мы поднимались, тем больше у меня тряслись колени. Вчера я как-то даже и не задумывалась о том, насколько большим человеком Адам успел стать за эти годы. Само его появление в моей жизни буквально взорвало мой мозг. И я совсем не приняла во внимание, то есть как-то не осознала, что ли, до конца, что он мой начальник, что сам Костин его уговаривал помочь, что даже Зайцева, которая всегда прыгает только вокруг миллионеров, уже готовится за него замуж. Короче, все как всегда в курсе, только я отстаю.
– Ого… – вырвалось у завороженного Трофима, когда серебряные двери лифта открылись перед нами и мы вступили во все это великолепие.
– Ха, то ли еще будет! – Софья не смогла промолчать.
Честно, я же просто потеряла дар речи. Бесконечное помещение, обставлено по последней моде, огромные окна от потолка и до пола заменяли стены – что само по себе было лучшим дизайном – стоять в квартире, хотя это скорее дворец, и видеть под ногами весь город!
– Добро утро, – спокойный голос Адама моментально вернул меня в реальность.
Предательские мурашки побежали по моему телу. Ой, не остыла я еще от вчерашнего… Мои коллеги дружно поздоровались, я же только кивнула. Слова застыли у меня в горле.
– Прошу за мной, – хозяин дома повел нас вглубь помещений.
Я семенила за Трофимом, пытаясь спрятаться за его внушительной фигурой. Блин, что со мной? Руки дрожат. Вот сейчас он развернется и увидит мое полуобморочное состояние. Соберись, дура! Твою же мать, тебе не восемнадцать! А ну, подняла гордо голову! Выпрямила спину.
Какой-то час отчетов, ты холодно и без эмоций отрапартуешь, а потом – на работу. Обещаю, самое сладкое пирожное, самое калорийное и жирное. Только шестьдесят минут и все закончится.
– Располагайтесь, – Адам указал нам на кожаные диваны, сам же устроился в одном из яйцевидных кресел напротив. – Чай, кофе лимонад?
– Кофе, – попросил Трофим, садясь на диван.
– Кофе, пожалуйста, – поддержала его Домна Марковна.
– А я – чай. Предпочитаю здоровый образ жизни, – зарядила свою пушку кокетства наша Зайцева. Она не упустила возможность и постаралась сесть прямо напротив Шарова, при этом приложила все старания, чтобы ее и без того короткая юбка задралась как можно выше.
– Мария Александровна, прошу вас, – обратился Адам ко мне, потому что ваша покорная слуга, видимо, решила изобразить из себя статую в стиле “мне нечего надеть”, только в случае с “мне негде сесть”.
