В воздухе повис смрад: вентиляция, похоже, не справлялась и на людях, что находились здесь, были надеты специальные маски.
Почти сразу я начала задыхаться, голова закружилась, и зазвенело в ушах. По-быстрому сделав пару фоток, я почти побежала обратно, и как только выбралась на свежий воздух, у меня начался приступ кашля. Надеюсь, я не слишком надышалась, и ко мне не придут вскоре глюки. С трудом придя в себя, я медленно побрела в сторону ограды, высматривая, как мне перебраться через забор. Подкатив стоящий неподалеку мусорный контейнер, я неуклюже перелезла на ту сторону и кулем свалилась на землю.
А когда отдышалась, то вновь запустила время и поспешила на остановку, на ходу срывая опостылевшую маску."
"В этот раз, всю собранную в кучу информацию я решила отправить только на адрес тайной канцелярии. В прошлый раз сведения дошли тому, кому нужно, без каких либо осечек. А значит, можно считать, что среди подчиненных Воронцова нет засланных казачков. Хорошо бы, конечно, знать личную почту Воронцова, но не спрашивать же в лоб об этом у его сына.
У него, наверняка, и так после взрыва в поместье Молчунова возникло множество вопросов.
Общаясь с теми уголовниками, я тайком включила запись на спрятанном в кармане телефоне, подумав, что даже такая, незаконно полученная улика пригодится следователям. Конечно же, свой голос и все лишнее, что властям знать не следовало, я обрезала. Но, и имеющегося вполне хватало им на приговор. К письму с именами и подробной инструкцией о том, как попасть в лабораторию, прилагались сделанные мной фотки.
Будем надеяться, сыщики и в этот раз проявят сноровку, и успеют до того, как преступники спохватятся и уничтожат все улики.
Глава 14
Вернувшись домой, я первым делом узнала у слуг, не приехали ли родители. Мне повезло, и их пока не было, даже сестра пропадала где-то, а значит, никто не будет задавать мне вопросов про мое долгое отсутствие. Прислуге я сказала, что иду в наш спортзал тренироваться в магии, и меня нельзя беспокоить, чтобы не нарушать концентрацию.
Когда вся семья была в сборе, и мы сели ужинать, мать первым делом поинтересовалась, как я провела свой выходной. На что я пожала плечами и ответила, что скучно. Учеба закончилась, и я усердно штудировала учебники, чтобы не опозориться на экзаменах, половину из которых я, кстати, уж сдала на «отлично». Подруг у меня, кроме Нины, так и не появилось, а она сейчас тоже вела свое сражение с высшей математикой. И то, что меня почти перестали охранять, ничего не меняло.
