— Войдите, — не отрывая взгляда от рисунка, произнес я.
Дверь приоткрылась и в кабинет заглянула Арина Родионовна:
— Павел Филиппович, к вам гости, — начала она.
Я отвлекся от записей и взглянул на стоявшую на пороге секретаря:
— Кто?
— Художник, — ответила Нечаева. — Тот самый.
— Залежный, — произнес я. — Антон Залежный.
— Да, — девушка подошла ближе и прошептала, — Виноградова обещала его проверить, о чем сообщила запиской. И гость пришел с подарком.
Я удивленно поднял бровь:
— Вот как?"
"Девушка восторженно кивнула, и я встал из-за стола.
Вместе с секретарем вышел в приемную, где у входа уже переминался с ноги на ногу художник. Он с интересом рассматривал картины, а рядом с гостем крутилась призрак. И едва я вышел, Виноградова пролетела сквозь посетителя, отчего тот вздрогнул и едва не выронил огромный, завёрнутый в бумагу прямоугольник, который держал в руках.
Любовь Федоровна же вылетела из его тела и покачала головой. И я с трудом сдержался от довольной усмешки: какая же хитрая женщина.
Сильный призрак мог создать холодную ауру от выгорающей силы. А ещё, это вызвало состояние сильной мгновенной тоски. И пустоту в душе. А это наверняка сбивало концентрацию. Залежный же вздрогнул, покачнулся, но не стал другим человеком.
— Добрый день, Антон.
Парень выглядел куда лучше, чем в нашу первую встречу. Лицо его было свежим, волосы уложены, сам Залежный был гладко выбрит, одет в светлый костюм, хорошо сидящий на фигуре. Также от художника пахло приличным парфюмом.
Я подошёл к гостю, протянул ему ладонь для приветствия. Залежный смущенно замялся, но все же ответил на рукопожатие, крепко сдавив мои пальцы.
— Добрый день, Павел Филиппович. Я ещё раз хотел бы лично поблагодарить вас за то, что вы спасли меня от острога и каторги. Знаете, эта история все же оставила след.
— Какой же?
— Обо мне заговорили. Кое-кто подумал, что я совершил какое-то страшное преступление.
— Сожалею.
— Что вы, — счастливо улыбнулся он. — Это произвело эффект разорвавшейся бомбы.
Мои полотна, которые были выставлены, раскупили в считанные часы. Владелец галереи прикатил в мой поселок, несмотря на не самую лучшую репутацию этого местечка.
— Напрасно наговаривают. У вас отличный поселок, — возразил я.
— Согласен, — усмехнулся Залежный. — Так что я продал почти все свои полотна. Оставил лишь несколько, которые дороги моему сердцу. И которые еще в работе.
— Теперь в вашей студии стало просторно, — заметил я с улыбкой.
