Это… вау, как горячо! Я еще никогда, никогда-никогда-никогда не была такой развратной, как сейчас, но я совру, если скажу, что мне это не нравится.
Нравится. Еще как нравится.
Именно поэтому я стараюсь взять глубже и доставить ему максимальное удовольствие, хотя не то чтобы я хоть когда-то восхищалась минетом. Но сейчас… Я сама дрожу от того, насколько возбуждающе то, что я делаю.
– Принцесса, твою ж… Ты ведьма сегодня, никакая не принцесса! – хрипит Мирослав, и я чувствую, как он сильнее хватает меня за волосы.
Он на грани, я – там же. Но я совсем не готова заканчивать оральными ласками. Мне правда мало, катастрофически мало. И потом я обязательно буду стесняться этого, возможно закроюсь в комнате и не выйду оттуда ближайшую вечность, но сейчас… Нет и нет. Я слишком его хочу."
"Именно поэтому я и правда поступаю как настоящая ведьма. Не даю ему закончить, прерываюсь, а потом…
Боже, это точно я?!
Разворачиваюсь к нему спиной и встаю на четвереньки, без слов прямо говоря, чего я от него хочу.
Жду. Требую!
– Сонечка… – говорит он, сомневается. – Мы же собирались…
– Пожалуйста, – говорю почти шепотом, глядя на него через плечо, и… – Да!
И кричу громко от восхитительного чувства заполненности.
Мирослав аккуратен со мной, подозреваю, из-за беременности, но я так сильно возбуждена, что мне хватает и этой осторожности с головой. Боюсь, чего-то более сильного я бы просто не выдержала.
Не понимаю, что происходит вокруг, просто не могу сдержать стоны и одариваю ими мужчину сполна, не скрывая ни единого звука.
Мне хорошо. Так хорошо, что даже не верится, что так вообще бывает. Дрожь пробивает каждую клетку тела, внизу живота просто пожар, пламя, которое закручивается в огромный огненный шар, готовый вот-вот взорваться.
– Иди ко мне, – говорит Мир и притягивает меня к себе. Прижимаюсь спиной к его груди, сажусь на его бедра. Он удерживает меня под грудью и медленно толкается, параллельно покрывая поцелуями мою шею.
Эта нежность похожа на сахарный сироп, заливающий с ног до головы. Мирослав – единственный в мире человек, который дарит мне эту чертовски необходимую нежность.
– Ты такая красивая, Принцесса, – шепчет он негромко, кусает за мочку уха. Мурашки бегут по телу, огненный шар становится еще жарче, на смену прерывистому дыханию приходят снова громкие несдержанные стоны.
