Паркуюсь на своем месте, радуясь, что за время моего отсутствия на него никто не претендовал, поправляю макияж в зеркале, тянусь к бардачку, чтобы достать влажные салфетки и протереть туфли, потому что я умудрилась вступить в лужу у дома, как вдруг…
– Черт! – кричу, заваливаясь вперед и ударяясь макушкой о бардачок.
Не понимаю, что происходит, но страшно больше, чем больно.
Я отчетливо слышала и чувствовала удар, но… Как? Я на парковке, черт возьми! И припарковалась точно правильно, я не первый год за рулем.
Держусь за ушибленную голову – все-таки приятного мало, и выхожу из машины, пытаясь понять, что вообще происходит.
Какая-то тачка красного цвета абсолютно точно въехала в мой зад своим задом! Как? Каким образом?
Наклоняюсь, чтобы осмотреть повреждения, замечая только разбитую фару, как из машины выбегает, видимо, виновница и испуганными глазами смотрит на меня, то ли плакать собираясь, то ли бежать отсюда.
А мне самой рыдать хочется! Это что, шутка чья-то? Вчера колесо, сегодня это! Можно мне с моей машиной просто спокойно жить?
Беру себя в руки, стараясь хотя бы сейчас не быть тряпкой.
Никто не решит эти проблемы за меня. Единственный мужчина в моей жизни сейчас спит дома, прикрыв носом хвост. Нужно делать что-то самой.
– Боже, – начинает виновница аварии, – как так вышло? Я не знаю, я просто сдавала назад, а вы тут встали, и я…
– Я стояла на парковке в положенном месте, а вот где ваши глаза были, мне непонятно! Куча места, ну как можно было?
– Я просто недавно за рулем, я вот в торговый центр приехала… Сейчас я позвоню и все решу!
Девушка достает телефон и начинает звонить кому-то в панике, выглядит то ли растерянной, то ли испуганной.
Но больше недовольной, словно я в чем-то виновата. Приехала на работу, блин…
Девушке лет двадцать на вид, она кусает губы и нервно достает сигарету, пытаясь подкурить ее трясущимися пальцами. Звонит один раз, другой, пока я набираю директора и обрисовываю ситуацию, пытаясь не схлопотать за опоздание.
Обидно до ужаса. И хоть я не виновата, и страховка у меня в порядке, но ситуация… Очень хочется расплакаться и кричать на небо и на землю от собственной беспомощности, но я очень стараюсь держать себя в руках.
Наконец-то она возвращается ко мне, выглядит, надо заметить, уже совсем иначе. От этого взгляда мне действительно кажется, что виновата я, и только здравый смысл стучит мне по и без того пострадавшей макушке и заставляет стоять на своем.
