-Работа, я вижу, идёт не очень, -говорит этот упырь, пробегая глазами по листку бумаги.
-Я только несколько дней тут нахожусь, и ко всему прочему, зал работает только наполовину, -начала говорить я спокойным тоном.
-Однако мне это не мешало зарабатывать, а ты занимаешься ерундой. На кой чёрт тебе сдались отчёты за последние несколько лет? -спрашивает отчим и откидывает бумаги в сторону.
А вот ему скажи да покажи всё! Не его дело, зачем мне это надо, не смотря на то, как он даже бровью не повёл на эту мою выходу, можно сделать вывод: там со всем всё в порядке.
Вот же блин, я ведь надеялась там хоть что-то откопать!
-Мне нужно было ознакомиться со всем делом, -ответила я на его вопрос."
"-Подойди, -говорит Глеб приказным тоном, на что я вылупила на него глаза.
-Что? -переспрашиваю, ну а вдруг мне послышалось?
Но нет, мне не послышалось. Глеб отодвигает кресло и показывает на стол. Я тут тоже немного в замешательстве, он что, хочет, чтобы я села туда?
-Не пойду! -говорю твёрдо и хмурюсь. Совсем уже оборзел, что ли?
-Милана, солнышко, я думал, мы уже поговорили о том, как ты должна себя вести, -говорит он и снова кивает на стол.
Но я не двигаюсь с места.
-Я прошу, -Глеб делает акцент на этой слове. -А ты выполняешь!
-Что-то ты много “просишь”, Глеб. Я думала, той мерзости, что была на приёме, будет достаточно, -шиплю на него злобно.
-Это было только начало, моя дорогая, -отчим мерзко ухмыляется. Да он всё делает мерзко!
“Боже, надеюсь он сгорит в аду!” -проговариваю, пока сама, всё же переступив через гордость, иду к нему.
И я так радуюсь, что сегодня всё же решила надеть на себя джинсы и футболку. И когда его руки ложатся на мои ноги, желание придушить его всё равно появляется. Даже одежда не может меня избавить от отвращения.
-Послушай, Милана. Я не хочу с тобой ссориться или ругаться. Я всегда к тебе относился с теплотой, -говорит он и гладит мои ноги.
-Ты о чём сейчас говоришь? Ты хоть понимаешь, на сколько мне противно? — кривлю лицо как от боли. Глеб сильно сдавливает мягкую кожу.
-Я уезжаю на неделю, и когда вернусь, у нас начнётся воспитательный процесс, солнышко моё. А сегодня я прощу тебя за такую дерзость в мою сторону, -легкие шлепки по моей ноге, и Глеб уходит.
Я же всё остаюсь сидеть на своём месте и перевариваю услышанное. Что он хотел этим сказать? Он собирается меня принуждать к близости с ним? Он ведь пошутил, да? И что за поездка на неделю, если у Даши день рождения?
Чёрт!
Собраться больше не могу.
