Хотя пуховик и валенки явно не были бы лишними. Но валенки к вечернему платью совершенно не подходят, поэтому приходится чем-то жертвовать. Например, ногами.
Благо такси долго ждать не пришлось. Сажусь в машину и немного волнуюсь. Не перед предстоящим торжеством, а переживаю как там мама и Славик. Все ли будет хорошо?
Конечно, сын уже большой мальчик. Ему почти шесть. Скоро в школу. Да и с моей мамой они остаются не впервой. Она, можно сказать, его с детства вынянчила. Но сердце все равно не на месте.
Не стоило мне сегодня ехать.
Подумаешь, встреча выпускников. Чего я там не видела? Вернее кого? Никогда раньше на такие сборища не ходила. Вот и сегодня не надо было. Но все мама. Сходи, сходи. Тебе надо развеяться. Чего сидишь все время дома, как капуста киснешь. Твоя жизнь еще не закончилась. Гуляй, пока молодая... И все в таком духе.
Короче, всю плешь мне проела. Поэтому проще было согласиться. И вот я здесь. Стою на высоком крылечке. Таращусь на огромную, раньше всегда со скрипом открывающуюся, дверь.
И пытаюсь унять бьющееся сердце.
Последний раз, как была тут, мы с Олегом еще встречались. Вернее, тогда у нас все только начиналось. И жизнь казалась бескрайним цветущим полем. А сейчас все прошло. И мы больше не вместе. И я ращу сына. Одна. Вот как все повернулось. Цветущее поле оказалось неплодородной пустыней. И такое в жизни бывает.
Краем уха улавливаю громкий смех и крики. Оборачиваюсь и натыкаюсь взглядом на большую шумную компанию посреди школьного двора. Кажется, все немного подвыпившие.
Или просто сами по себе такие веселые. Почти все парни, рослые, плечистые, словно из какой спортивной секции и совсем мало девушек.
Вряд ли пришли на встречу выпускников. Уж слишком молодыми выглядят. Уже собираюсь отвернуться, как взгляд цепляется за одного. Очень рослого, в объемном пуховике, темных похожих на спортивные брюках и кроссовках. Последнее особенно удивляет. Зима ведь на дворе. А он в кроссовках. Ишь, какой закаленный.
Еще плотнее кутаюсь в собственное тоненькое пальто и понимаю, что это не я парня глазами зацепила, а он меня.
Вот и сейчас таращится и не стесняется. Так, словно мы друзья-товарищи старые.
Только я его лица совершенно не вижу. Он там, в темноте, слегка освещенной наполовину не горящими фонарями. А здесь на крыльце иллюминация так и пылает. В общем я как на ладони. И смутное чувство тревоги от его взгляда закрадывается в душу.
Может от того, что я не вижу с каким выражением лица он на меня смотрит.