Слишком много Зак для меня сделал.
– Хорошо, – вздыхаю я и тут же получаю еще один поцелуй. А его рука нагло гладит меня по бедру, почти залезая под юбку.
– Ты не переигрываешь? – шиплю ему на ухо, но получаю только довольную ухмылку.
– Неа. Давай, солнце мое, заберу тебя после третьей пары.
Я высвобождаюсь из его рук и, независимо дернув плечом, иду к двери своей аудитории и едва не сталкиваюсь с выходящим оттуда Ключевским. Мой одногруппник, всегда смотревший на меня как на пустое место, вдруг выпучивает глаза и зависает, пялясь мне куда-то ниже лица.
Сильно ниже.
– Истомина, – выдыхает он и вдруг с намеком улыбается мне. – Привет. А ты…
– Если будешь к моей девушке подкатывать яйца, очень быстро их лишишься, – скучающим тоном вдруг говорит Зак за моей спиной.
И как он там так быстро оказался?
– Понял, – сглатывая, говорит Ключевский. – Я так, просто.
– Ну вот и хорошо. Просто держись от нее подальше, – Зак показательно целует меня, а потом, проследив, как я прохожу в аудиторию и сажусь за парту, наконец удаляется.
А я, уже не обращая внимания на перешептывания вокруг меня, достаю из сумки пенал и тетрадку с конспектами. Хотя думаю я сейчас совсем не об экономтеории. Ох точно не о ней!
Глава 15. Когда мне дарят корону
– Обалдеть! – выдыхаю я, рассматривая бесконечные полки с игрушками для мальчиков. Напротив точно такие же, но для девочек.
Это какое-то детское Эльдорадо, честное слово! На одной стороне буйство розового цвета, куклы, домики, посуда, милые зверушки, а с той стороны, где стоим мы, все существующие на свете виды оружия, машинки, роботы, фигурки супергероев и еще бог знает что.
И это я еще забыла сказать про велосипеды, самокаты и огромные машины, в которые даже я бы могла поместиться. А еще мячи, клюшки, маленькие игрушечные ворота…
Просто глаза разбегаются!
– Может, водяной пистолет? – робко спрашиваю я, пытаясь вспомнить, что меня саму порадовало бы в детстве.
– Это рано еще для Левки, – качает головой Зак.
– Тут слишком жёсткий крючок, он его еще нажать не сможет. Ну и Маша категорически против игрушечного оружия.
– А кто такая Маша? – любопытничаю я.
– Моя мачеха, – прохладно отвечает он, и по неуловимой гримасе, которая на секунду искажает его лицо, я понимаю, что это не лучшая тема для обсуждения.
– Робота, может? – выдвигаю я еще одно предложение, беру с полку коробку и критически ее рассматриваю. Вроде здорово выглядит.
