Мне так даже удобнее будет, не придется каждый раз завозить ее домой после свидания. Выбирайте.
Я от ужаса даже рта открыть не могу.
Господи, что он несет, как он вообще может так разговаривать с моей мамой, она же сейчас…Она просто прибьёт нас обоих, и все!
Надо было мягко сказать, надо было уговаривать ее! А этот идиот опять все сделал по-своему!
Ох что сейчас начнется…
Я с замиранием сердца жду маминого ответа, но она почему-то молчит.
Потом наклоняется за выпавшей ручкой, сует ее в карман пальто и смотрит на меня.
– И что, ты правда уедешь с ним? – спрашивает она.
Я глубоко вздыхаю и напоминаю себе, что я все это затеяла ради нее. Надо, чтобы мама поверила в реальность наших отношений, тогда в новом учебном году мы с ней окажемся в Британском колледже, где не будет никакого директора с его мерзкими грязными намеками и где она снова сможет спокойно жить и работать. Без этого постоянного страха во взгляде.
– Мам, ну он мой парень, – выдавливаю я из себя. – А ты даже выслушать нас не хочешь…
– Понятно, – сухо говорит она.
– Пойдемте.
Мама достает ключи, открывает подъезд, и мы все втроем в полном молчании поднимаемся на наш этаж. Зак крепко держит меня за руку, и это странным образом поддерживает. Я сейчас не одна, нас двое. Мы должны справиться.
Я так поглощена ожиданием предстоящего разговора, что даже забываю про чувство неловкости перед Заком за то, какая у нас бедная, давно требующая ремонта квартира. Хотя в нормальном состоянии я бы со стыда умерла, если бы он зашел в гости.
Мама проводит нас в зал, усаживает на старый скрипучий диван, а сама берет стул и садится напротив. Все это больше похоже на допрос, чем на разговор, если честно.
– Ну, – неприветливо говорит она, скрещивая на груди руки, – а теперь рассказывайте мне, что у вас за отношения и откуда они вдруг взялись, если вчера еще ничего не было. Только честно!
Мы с Заком быстро переглядываемся, и я обреченно понимаю, что врать в этот раз придется как никогда.
– Мы на самом деле уже давно встречаемся, – начинаю я неуверенно.
– Просто…
– Просто мы это скрывали, – подхватывает меня догадливый Зак. – Лия переживала, что вы расстроитесь.
– Насколько давно? – сурово спрашивает мама.
– С января! С лета! – одновременно выпаливаем мы и сконфуженно замолкаем.
Повисает неловкая пауза.
– Просто я влюблен в тебя с лета, – быстро импровизирует Зак. – И считаю с этого времени. Но ты мне ответила взаимностью только в январе.
