И этот хриплый обольстительный голос, который обещал, что мне понравится…
Если бы я не знала, что Зак всем такое заливает, может, даже поверила бы. Уж слишком жарко и убедительно он говорил! Ему в актерское надо было, с таким талантом.
Сволочь. Сволочь!
И я снова бессильно рыдаю и засыпаю прямо так, не раздеваясь.
Утром подскакиваю в пять утра – видимо, из-за нервов. Моюсь, переодеваюсь, прячу грязный, с оторванными пуговицами пиджак в шкаф и достаю запасной – точно такой же. Потом собираю учебники в сумку и прокрадываюсь на кухню, чтобы приготовить маме завтрак и хоть немного смягчить ее сердце перед предстоящим неприятным разговором.
Но, как ни странно, мама не устраивает мне пропесочивание на максималках, а ограничивается коротким холодным выговором и просьбой в следующий раз не задерживаться. Завтрак она тоже ковыряет без особого аппетита и выглядит бледной.
– Мам, – зову я ее осторожно. – Все в порядке?
– Да, – бесцветно улыбается она. – Просто скоро День колледжа, много подготовки – и я устала.
Еще надо сегодня будет к Валерию Александровичу зайти с отчетом…
Я закусываю губу.
Вот и причина маминого плохого настроения. Вовсе не День колледжа, а предстоящий визит к директору в кабинет. Как же я его ненавижу, господи, ну почему он к ней привязался? Как она терпит все его грязные намеки?
Мы с ней не обсуждаем это. Мама не знает, что я один раз заходила к секретарю отдать список группы и слышала их разговор через дверь.
Не знает, но, может быть, догадывается.
И от этого еще хуже.
Мы молча заканчиваем завтрак, я убираю посуду, мама вытирает со стола – и мы едем в колледж.
Зака, конечно же, нет на занятиях, и хотя бы это дает мне небольшую передышку. Правда, ко мне пристают одногруппницы и требуют записать их в список «на свидание с Громовым», но я отвечаю им, что набор пока закрыт до лета. Когда появятся временные слоты, я им сообщу. Не очень понятно, верят они мне или нет, но хотя бы перестают лезть.
И даже разговаривать со мной чуть уважительнее стали. Вишневская, к примеру, не просто сказала «Дай конспекты», а добавила «Пожалуйста». Гигантский прогресс с ее стороны!
После второй пары Громова все еще нет на горизонте, после третьей тоже никто не врывается ко мне в аудиторию, и я успокаиваюсь. Но на всякий случай подхожу к расписанию и проверяю: да, у него всего три лекции сегодня, так что он уже точно не придет.
