В горле все пересохло.
– Какие губки, – хрипит он, пытаясь потрогать меня за лицо. – Отсосешь?
– Помогите! – кричу я испуганно, но мой голос растворяется в шуме, даже девочки, выходящие из туалета, не обращают на нас никакого внимания. – Я не хочу!
– Красотка, – его рука нашаривает мои волосы, сгребает пучок в ладонь и больно тянет. – Такая малышка сладкая…"
"В советах по самообороне обычно пишут: двиньте коленом по яйцам, ткните ключами в глаза, а потом бегите. Я заучила это все наизусть. Но туша этого парня так сильно прижимает меня к стене, что я еле дышу и при всем желании не смогу сдвинуть колено даже на пару сантиметров.
Ключей с собой нет, а на мои руки, которыми я пытаюсь его оттолкнуть, он даже внимания не обращает, это ему как слону дробина.
Такого не может быть, чтобы это сейчас со мной происходило!
Почему я? Я же некрасивая, я одета бедно и немодно, почему он прицепился ко мне?!
– Помогите! – из последних сил кричу я, когда он дергает полы моего пиджака, и верхняя пуговица отлетает куда-то в сторону, угрожая раскрыть обтянутую тонкой водолазкой грудь.
– Помогите! Пожалуйста!
Кто-то вихрем налетает сбоку. Мелькает кулак. На щеке горячие брызги. Тяжесть отпускает. Можно вздохнуть. Я делаю несколько судорожных вдохов и вдруг понимаю, что мой обидчик уже лежит на полу, а на нем сидит Громов, зло и методично избивающий его в кровь.
– Зак! – хриплю я.
Он тут же оставляет уже неподвижное тело, плюет на него сверху, а потом подходит ко мне и хватает меня за плечи.
– Ты ебанутая? – рычит он. И куда только подевалась вся его насмешливость и легкость. – Я что сказал, блядь? Сказал ни шагу. Куда ты поперлась?
– Я в туалет хотела, – тоненько отвечаю я, а потом вдруг утыкаюсь ему в грудь и дышу, успокаиваясь от его тепла и запаха. Так, как будто это нормально и как будто я уже сто раз так делала.
Зак молчит. Позволяет.
Слезы, вскипевшие на моих ресницах, не проливаются дождем, и я вдруг с облегчением понимаю, что ничего страшного не случилось. Могло – но не случилось.
Это же хорошо, да?
Он берет меня за руку, накидывает на меня свой бомбер и выводит на улицу, подальше от этого шума и ужаса. Там свежо, прохладно и приятно. И все произошедшее в клубе мне вдруг кажется плохим сном.
Глава 7. Когда мне ломают шаблон
Зак
Меня все еще трясет от ярости. То ли на этого обдолбаного утырка, то ли на эту идиотку, которая так стеснялась при мне сбегать в сортир, что в итоге тайком от меня потащилась на второй этаж.
