— Я должен по твоему взгляду что-то понять?
— Ты и слова-то не понимаешь, куда там взгляду.
— Не начинай. Завелась ни с чего. Люба, ты реально иногда жуткая грымза.
— И мымра, и вообще ужасный человек, — кивнула я. — Но ты все равно прицепился ко мне, как банный лист к заднице.
— Видимо, мне не нужна милая и скромная. Я и сам — то еще дерьмо.
— Ты меня сейчас дерьмом назвал? — вспыхнула я.
— Себя. Ну и тебя немножечко, — подмигнул Руслан.
Диана захихикала на заднем сидении, я повернулась к ней:
— И чего смеемся? Вон книжка лежит, читай лучше, вместо того чтобы уши греть.
— Ты злая, — надулась сестра.
— Угу. Читай давай, а то вырастешь неучем.
— Ты как Гингема!
— Её раздавил домик Элли, — фыркнула я. — Говорю же — книжки нужно читать.
— Тогда… тогда ты Бастинда!
— Уже лучше. Правда, если мне не изменяет память, она не умывалась, и не чистила зубы лет четыреста. А я делала это утром. Но ты на правильном пути, Ди.
— Я обиделась! — заявила мелкая нахалка, сложила руки на груди, да еще и губы выпятила.
— Да ради Бога. Только обижаться лучше над книжкой. Читай, и обижайся, — указала Диане на книгу, которую специально для нее захватила, но сестра еще сильнее выпятила нижнюю губу, и нахмурилась.
Мда. Характер и у нее не сахарный будет. Хотя, Дианка не как я, она отходчивая. Обижается на ерунду, а уже через пять минут обниматься лезет. А я — нет. Злопамятная. Может, мать меня от соседа какого-нибудь нагуляла? Хмм…
— Не хочешь книгу, Диана, да? А может, хочешь посмотреть на фотографии вашей новой квартиры? — подал Руслан голос.
Разумеется, Диана согласилась. И мне при этом язык показала. Ну всё, кто-то неделю не будет лопать мороженки, и этот кто-то — не я.
— Может, мне сначала покажешь фото? — тихо спросила, наблюдая как Руслан передает Диане свой телефон.
— Не думал, что тебе это интересно. Потом у сестры заберешь телефон, и посмотришь.
— Хм, быстро ты квартиру снял.
— Хорошая квартира, не волнуйся. Три комнаты, одна из которых смежная, дом не панельный, а кирпичный, шумоизоляция отличная, и соседи адекватные.
Сейчас квартиру готовят, убирается клининговая служба, а вечером уже можно въезжать.
— Так быстро, — нахмурилась я.
С квартирой, и с тем, что ее снимет Соколовский, я смирилась. Накоплю, и отдам ему деньги потом. Но я не думала, что придется съезжать так быстро. А еще… еще я себя предательницей чувствую. Этот подонок моего брата закрыл, а я с ним разъезжаю, еще и подачки принимаю. Тьфу, позорище, аж противно.
