Мы поговорили о том, что случилось, она привела доводы, почему нам рано иметь ребенка, и я даже согласился. Были попытки вернуться к нормальной жизни, которая была до всего случившегося.
Не вышло у нас, потому что вдруг оказалось, что стараюсь только я, а ей это и не нужно вовсе.
На кухне, как и всегда, бардак. Гора немытой посуды, остатки яичницы, прилипшие к сковородке. Рита никогда не была примерной хозяйкой, поэтому у нас была домработница. Насколько я знаю, она приходит к Рите до сих пор.
— Карина заболела, — поясняет Рита, когда я вопросительно на нее смотрю.
Кофе больше не хочется. Как и разговаривать. Я теряюсь в этой квартире каждый раз, когда приезжаю. Рита вводит меня в ступор своими словами и действиями. Вот и сейчас она садится на стул, закидывает ногу на ногу и смотрит на меня, не обращая никакого внимания на бардак, что творится на ее кухне.
— Расскажешь, что с тобой происходит?
— А что не так? — она искренне удивляется и смотрит на меня в упор.
— Это всё, — обвожу взглядом кухню, на которой всегда царила чистота.
По крайней мере, я действительно недооценивал работу Карины, когда мы жили вместе.
— Я уже сказала, что Карина заболела.
— И ты не можешь убраться сама?
— Послушай, если ты пришел читать мне нотации, то можешь уходить. Я не собираюсь это слушать.
Рита уходит в комнату, которая когда-то была нашей спальней. Хлопает дверью, а я вместо того, чтобы уйти, мою себе чашку, чтобы сделать кофе. Незаметно для самого себя, вымываю всю посуду.
Взрослый, мать вашу, мужик за тридцать моет посуду в квартире, которая давно стала ему чужой.
Рита выходит из спальни через час. Как раз когда я стою с чашкой черного кофе в руках.
— Знала, что ты не сможешь устоять, — она улыбается, обнажая ряд идеальных виниров. — Ты всегда любил чистоту.
— Я приехал поговорить о разводе.
Она замолкает, вскидывает голову. Улыбка сходит с ее лица, а в глазах появляется панический ужас. Мы никогда до этого дня не говорили о разводе.
Ни разу. Меня все устраивало. Я жил в другом городе, встречался с женщинами и раз в три месяца приезжал к ней. Между нами давно ничего нет. Ни отношений, ни любви, ни секса.
Все сошло на нет после того, как она потеряла ребенка, когда знала о беременности и продолжала посещать танцы, несмотря на то, что гинеколог запретил. Я не смог этого понять, поэтому уехал. Все совпало с открытием нового филиала в столице. Я переехал, а она осталась.
