Я против, потому что мне неприятно его присутствие, и я не хочу, чтобы он сделал вам больно, когда пропадет в очередной раз.
— Он не пропадет, — уверенно заявляет Олег.
Я стискиваю зубы и больно впиваюсь ногтями в ладонь. Такой бурной защиты сходу я, конечно, не ожидала, поэтому даже растерялась.
— Заткнись, — бросает Пашка. — То-то он о тебе все эти годы думал и скучал. Так сильно, что аж каждый день звонил. А, может, хоть раз в месяц? Ни разу!
Я шокированно смотрю на Пашу. За все двенадцать лет я впервые вижу его настолько злым, причем заводится он за мгновение.
Его ноздри широко раздувается, взгляд горит дьявольским огнем, что даже страшно становится. Паша больше похож на меня: спокойный уравновешенный, с мягкими чертами лица и красивым телосложением. Все же у мальчиков даже увлечения разные. Олежка любит музыку и компьютерные игры, а Пашка больше пропадает в спортзале и на футболе. С секциями Олег не дружит, поэтому и выглядит слабее брата.
— Ты просто злишься, что айпод только мне достался, — ухмыляется Олег.
— Прекратили! — повышаю голос.
— Мне не сдались его подарки, а тебя, оказывается, так легко купить!
Ребята словно меня не слышат: продолжают сыпать обвинениями в адрес друг друга и гневно смотреть. Паша винит Олега в том, что взял подарки, а Олег Пашу, что он не любит отца. Я впервые не знаю, как решить конфликт, потому что не знала, что он будет. Поэтому когда ребят со слов переходят к делу и начинают драться на моих глазах, я бегу на кухню, беру бутылку воды и лечу в комнату.
Откупориваю ее и обливаю их, немного остужая пыл. От неожиданности они прекращают, удивленно на меня таращатся:
— Вы что устроили?! — говорю, едва подбирая слова.
Сердце бьется сильнее, чем до прихода сюда. За сыновей я переживаю, будто то обычная ссора или, как сегодня, настоящая драка. Я хочу, чтобы они ладили, потому что все эти годы они нормально сосуществовали. Одно появление Славы заставило их вгрызться в глотку друг другу.
После того, как я их обливаю, они удивленно на меня смотрят, затем на их лице появляется стыд и раскаяние.
Наконец-то нормальные чувства на лицах двенадцатилетних парней. Они рассаживаются по разным сторонам комнаты, друг на друга не смотрят.
— Извини, мам, — первым догадывается Пашка.
Олег подхватывает:
— Прости.
Все слова, которые я с трудом заготавливала для разговора с ребятами, вылетают из головы.
— Ваш папа хочет с вами видеться, я хотела лишь узнать ваше мнение по этому поводу.
