Возможно, всему виной воспитание – я всегда считала, что мужчина должен быть старше женщины или хотя бы ровесником. А сейчас…в любом случае, уже ничего не изменить, но я упорно продолжаю копаться в себе и «взращивать» чувство вины.
Внезапно, я почувствовала легкое головокружение и, чтобы не упасть, неловко схватилась за ручку двери. Я как раз шла из кухни с ведерком клубничного мороженного. Последние две недели я просто жить не могла без сладкого, и каждый вечер, обязательно покупала что-нибудь вкусное в ближайшем супермаркете.
Шоколад уже надоел, и на этот раз, я переключилась на мороженное. Легкое недомогание я списывала на усталость и пережитый стресс – да и все сразу проходило, как только я наедалась до отвала.
Наверное, пора покупать весы – холостятская жизнь, она такая – чуть что, и сразу липнут лишние килограммы. Не знаю, так ли это, но резкое прекращение сексуальной жизни, безусловно, влияет на организм, и, чтобы восполнить нехватку адреналина, я нашла новый способ. А как иначе объяснить мои перепады настроения? Утром я могу быть в прекрасном настроении, а ближе к обеду без причины наворачиваются слезы на глаза.
Наверное, нужно немного времени, чтобы все встало на свои места, и я успокоилась. С этими мыслями я уселась перед телевизором на диване, скрестив ноги по-турецки, и зачерпнула полную ложку мороженного. Вкус почему-то не очень понравился – мороженное было чересчур сладким, настолько, что к горлу подступила легкая тошнота.
Глава 32
Моя любовь к сладкому настолько усилилась, что я привезла ведерко с мороженным к Стасу, и ела пломбир ложкой в перерывах между приготовлением еды.
Сегодня Михаил не поехал на работу, и старался помочь мне на кухне. Сначала я вежливо отказывалась, но потом устала говорить одно и тоже, и сунула ему в руки нож и морковку. Сегодня по плану - борщ, и морковку я решила не натирать, а порезать мелким кубиком. Такому способу меня когда-то научила мама. Жаль, что ее так рано не стало.
- Алиса, где вы учились готовить, закончили какие-то курсы? – Михаил смотрел на меня с нескрываемым любопытством, и кажется, совсем забыл про морковь.
- Нет, ничего не заканчивала. Меня всему научила мама. Только пять лет назад она умерла от рака груди. – Воспоминания, как резкие вспышки в голове: я вновь вижу, как моя мать лежит на больничной койке с худым, изможденным лицом. Ее черты лица настолько заострились, что она почти неузнаваема, только глаза блестят лихорадочным блеском.
- Простите меня, я не знал.
- Ничего страшного.
