Меня снова начинает мучить совесть, все время кажется, что я плохая жена.
За время моего отсутствия ничего не изменилось, Женька провел все время за работой, а сейчас спал в комнате, казалось, его мощный храп сотрясал стены. Один плюс – квартира осталась в том же виде, как и перед моим уходом. Я с содроганием вспомнила, как несколько часов выгребала мусор из комнаты Стаса, а он молча наблюдал за мной с легкой улыбкой. Отвратительно!
Стоило мне все убрать, и достать запеченную рыбу из духовки, как к нему в дом в буквальном смысле ввалилась толпа орущих друзей.
Хотя, это стадо размалеванных девиц и вальяжных парней сложно назвать друзьями. Я читала на их холеных лицах легкое презрение, когда протискивалась к выходу. В ту минуту я была рада, что ухожу домой. Конечно же, ни о каком контрольном звонке в 11 вечера не может быть и речи. Это было бы самым глупым поступком, который приравнял бы меня к «беспокойной мамочке».
Представляю, что там сейчас творится! Я понимала, что ужин сегодня останется нетронутым, но готовить в любом случае надо, потому что завтра с утра мне снова на работу.
Хорошо, черт возьми, я попробую перешагнуть через саму себя – несмотря ни на что, один день уже прошел, и без больших потерь, как говорится. Бывало и хуже.
Захотелось курить, и это через четыре года моего яростного отказа от сигарет! Сигарет в доме не было, но зато было вино, которое мы так и не допили. Я вытянула пробку, наполнила бокал и забралась на подоконник. Женька терпеть не может, когда я так делаю, но он спит, а значит, ничего не узнает.
Пока я возилась с индейкой, на город опустилась ночь: по ночной магистрали проносились машины, жизнь продолжала бурлить. Народ гулял, кажется, еще больше, чем днем. По краям у дорог горели яркие фонари, тут и там светились неоновые вывески реклам и магазинов. Ночное очарование, свидания в кафе, развлечения.
Я любила наблюдать за городской суетой, но не любила быть ее частью. Мне гораздо уютнее находиться дома, пить кофе, есть шоколад, смотреть комедии или сериалы.
Ну, или пить вино, когда нет настроения или устала. Сейчас было тошно на душе, некомфортно. Дело тут даже не в Стасе. Просто я отвыкла от новых знакомств, не люблю резкие перемены. А тут еще приходится не только быть вежливой, но и выполнять работу, так сказать, бытового характера. Да еще под пристальным и недовольным надзором.
Зачем я ввязалась в это? Пора признаться себе: Женька не так много зарабатывает, чтобы нам хватало на все наши нужды.
