Я предлагал Марго денежную помощь, но она отказалась, попросив лишь чаще видеться с Юлей, чтобы та не оставалась без присмотра в ее отсутствие.
Про почту вспоминаю в пятницу перед уходом с работы. Невнимательно и быстро перебираю конверты, собираясь отложить их вновь, поскольку не обнаруживаю ничего требующего моего срочного вмешательства. Но предпоследний настораживает матовой черной оберткой.
Я откладываю другие конверты, еще раз оглядев темную плотную бумагу с двух сторон. Никак не подписано. Странно. Распечатав, забираюсь поглубже и вынимаю маленькую флешку.
— Что за приколы… — фыркаю я, намереваясь отправить накопитель памяти в мусорное ведро, однако что-то останавливает меня.
Ладно. Поглядим, что там.
Включаю компьютер и, дождавшись загрузки системы, вставляю флешку в разъем. На экране появляется папка с единственным вложением формата mp4. Клацаю на видеофайл правой кнопкой мышки. Всплывает черное окно. Затемнение исчезает на десятой секунде, к наступлению которой я практически утратил терпение.
Резкое переключение кадра сопровождается моим непроизвольным вздрагиванием.
На видео — Артем, глядящий строго перед собой.
Глава 46 Матвей
Я рывком отстраняюсь от экрана, на хриплом выдохе вдавливаясь спиной в кожаное кресло и во все глаза пялясь на статичное изображение того, кто лишил меня дочери. Не шевелюсь… Хотел бы дотянуться до компьютерной мышки, чтобы закрыть видеоплеер, выдернуть из розетки кабель питания, обесточив систему. Уйти. Убежать. Подальше от образа, пустившего ядовитые корни в ядро моего разума.
Проглядывающийся через длинную, слегка спутанную темную челку взгляд исподлобья вытаскивает наружу самые мрачные эмоции. Царящий в просторном кабинете полумрак сменяется беспросветной чернотой, и кроме компьютерного экрана в поле моего зрения ничего не остается. Тьма, засосав в себя пространство, подкрадывается слишком близко к моей душе."
"— «Привет с того света», — начинает говорить Артем. Монотонно, с толикой иронии.
Мое сердце турманом летит в бездну.
Я уповал на то, что три года стерли из памяти хотя бы звук этого проклятого голоса. Нет.
— «Как поживаете?».
Я задаюсь встречным вопросом: к кому он обращается? Для кого записал это видео?
— «Что, не понимаете, почему запись попала к вам спустя кучу времени?», — холодная улыбка вскользь трогает юное, безразличное лицо. — «Интересно, да?» — приближаясь к камере, дразнит пацан. Я стискиваю кулаки. Чаша моего терпения трещит по швам и вот-вот взорвется.
