Кто-то поднял меня на руки, замотав во что-то холодное и понес прочь. Знакомый запах парфюма окутал пространство, Макс, он все-таки пришел, пришел за мной…
— А потом? — голос Кати вернул меня в настоящее. Кажется, даже окунувшись в воспоминания я продолжала говорить.
—А дальше вмешался Демин старший, они заключили сделку, Макс забирает меня, а Демины платят отступные. Азариным такие условия не были по душе, им нужны были капиталы моего отца, но Макс выдвинул ультиматум: либо они соглашаются, либо он прикажет пристрелить всех, кто находился в доме, даже, если ему придется отвечать.
И он бы это сделал, несмотря ни на что, сделал бы. Ради меня, понимаешь, ради девчонки, с которой был знаком несколько месяцев. — ответила я не сразу, картины из прошлого все еще мелькали перед глазами. — Я не претендую на твоего жениха, я только хочу, чтобы единственный дорогой мне человек был счастлив и, чтобы рядом с ним была та, кто будет его любить также, как он ее."
"— Он устроил разнос мне после того, как я выставила тебя из квартиры, — она старалась улыбаться, но в ее глазах отражалось все, что она чувствовала в данный момент.
Она жалела меня, не хотела, чтобы я это видела, но жалела. И сейчас старалась разрядить обстановку, и я ценила ее старания, даже была благодарна за то, что она не пыталась лезть глубоко в душу.
— Прости за это, я не собиралась жаловаться, но должна была сообщить ему, что дождаться его у меня не получится, кажется, я упомянула твою реакцию, прости, — я улыбнулась, вспомнив, как она выставила меня за дверь, должно быть, я здорово ее разозлила, когда явилась в квартиру Макса, открыв дверь своим ключом.
Вела я себя по-хамски, до сих пор стыдно и мерзко на душе, столько тогда читалось в ее взгляде, уже тогда Макс она по уши была влюблена в Демина, а тут я нарисовалась. — Я тогда охрану отпустила, не думала, что ты выставишь меня за дверь, и поехала своим ходом, он просто испугался за меня, я ведь тогда не знала, что все происходящее дело рук Азарина. Он так и не смирился, ублюдкам нанесли оскорбление, забрали игрушку.
— Значит, это за ним сейчас охотится Макс? — спросила настороженно, словно боясь касаться этой темы.
—К сожалению. — слезы снова хлынули из моих глаз, я держалась, насколько это было вообще возможно, но так устала играть роль сильной, здоровой личности, когда внутри все разбито на осколки, когда каждая деталь механизма сломана, бракованная — вот какое определение лучше всего описывает мое состояние.