Как сейчас помню свое приподнятое настроение, и с каким энтузиазмом я выдавала Матвею вопросы работодателей и свои ответы на них, которые во время собеседования сыпались на меня каждую минуту. Градов в своей привычной манере лишь кивал головой и изредка улыбался. А затем неожиданно раздался телефонный звонок, который разделил наши и без того не самые простые отношения на “до” и “после”.
– Матвей, что произошло? – едва выдавила из себя вопрос.
Таким Матвея я никогда не видела – его лицо стало белым как полотно, а губы начали подрагивать.
Мужчина смотрел в одну точку и лишь размеренно дышал. Спустя пару минут он подозвал официанта, расплатился по счету и только после этого будто вспомнил, что пришел в ресторан не один.
– Мой отец умер, – спокойно произнес он, но я чувствовала, как в глубине души у него все рвалось на части. Они были очень близки с отцом – это то немногое, о чем мне было известно.
– Боже мой! – эхом отозвалась я, прислонив ладонь ко рту.
– Матвей, я соболезную тебе.
– Извини, Марго, мне нужно ехать. Доберешься самостоятельно?
– Конечно, не волнуйся, – нервно ответила я. – Он же был здоров как бык.
– Несчастный случай.
В тот день мне стало понятно, что так как раньше больше никогда не будет. Я дала Матвею время на то, чтобы он пришел в себя, – не звонила, не искала с ним встреч, лишь изредка писала, спрашивая, не требуется ли какая-либо помощь. Но все мои сообщения так и остались без ответа.
Я вхожу в спальню и открываю нижний ящик комода, где припрятаны старые альбомы. Нахожу несколько снимков, на которых запечатлены мы с Градовым, – на каждом из них у меня абсолютно счастливый вид. Внимательно смотрю на себя – на фотографиях совсем другой человек, не я. Эта девушка наполнена радостью, любовью, счастьем и… желанием жить. Сейчас же от прежних эмоций не осталось и следа. Я по-прежнему являюсь целеустремленной, ответственной, трудолюбивой, но я больше не верю в то, что могу быть так счастлива с кем-то, как когда-то с Матвеем.
На экране мобильного светится новое сообщение:
Будь готова завтра в шесть.
Я не могу и не хочу отказываться, поэтому отвечаю согласием. Даже спустя столько лет мне нужны его объяснения. Пусть мне придется еще раз испытать весь ад, через который прошла в то время, но я не могу оставить все так, как есть, я не могу не думать и не вспоминать о нем.
