Одно дело, когда ты удивишь ее толстенной пачкой денег, и совсем другое, когда она станет переживать, не случится ли что с тобой в Нуре, когда ты поедешь сдавать минатурит.
— Ты прав. Я подожду. И пусть эта штука побудет у тебя.
— Пусть побудет, здесь она под надежным замком.
37
Притормозив у обшарпанного киоска, где продавались какие-то то ли пирожки, то ли пончики, Рем остановил машину, и его напарник вышел на замусоренный тротуар. Затем огляделся и подошел к киоску.
— Привет! — улыбнулся он немолодой женщине, сосредоточенно пережевывающей собственную продукцию.
— Сколько брать будете? — разлепив челюсти, спросила та и отерла рукавом стекавший по подбородку жир.
— Я только хотел спросить, мадам…
— Значит, брать ничего не будете?
— Нет, я только спросить…
Продавщица не дослушала и опустила грязные жалюзи, разом отгородившись от пустопорожних разговоров.
— Э… Мадам, я передумал! Мне нужен один ваша… Что там у вас?
— Бурсачки, — ответила «мадам» из-за жалюзи.
— Да, одну бурсачки, пожалуйста.
— Правильно говорить — бурсачек, — сказала продавщица, поднимая жалюзи.
— Да как угодно, я на все согласен.
Фред обернулся к Рему и сделал страшные глаза. Тот пожал плечами, дескать, я водитель, мое дело маленькое.
— С вас пять сантимов, — сказала продавщица, подавая на пластиковой тарелочке круглый пончик размером с большое яблоко.
— Спасибо, сдачи не надо, — произнес Фред, протягивая взамен монетку в двадцать сантимов. — А не подскажете, это уже Нур?
— Это? Нет, это деревня Грязное Болото, а до Нура вам еще ехать нужно… километров десять…
— А это по левой дороге или по правой? — уточнил Фред, указывая на развилку.
«Мадам» задумалась, а потом сказала:
— Вон по той, по правой, — и указала на левую. Фред понимающе кивнул и, бросив бурсачек на обочину, пошел к машине.
— Эй! — воскликнул Рем, едва тот открыл дверцу. — Ты зачем пирожок выбросил?
— Не пирожок, а бур-са-чек… — по слогам произнес Фед, пристегиваясь ремнем безопасности.
— А я бы с удовольствием его съел, зачем ты его выбросил?
— Затем, Рем, что эта баба отродясь не мылась и морду рукавом вытирает! Поехали уже!
— Неважно, чем она морду вытирает, в кипящем масле все микробы убиваются! — не сдавался Рем, нервно заводя двигатель.
— Ну хочешь, я пойду подниму его, он недалеко укатился?! — заорал в ответ Фред. — Ехай уже, вечно ты со своими выстебонами!
— Куда ехать, по какой дороге?
— Вон по той, по правой, — сказал Фред и, повторив жест мадам из киоска, указал на левую дорогу.
