Поскольку, как вы знаете, спутниковое наблюдение в глубоком тылу запрещено правилами министерства обороны, нам пришлось воспользоваться небольшими воздушными разведчиками. У них, конечно, не тот радиус действия, какого бы нам хотелось, и не тот уровень информационного сбора, однако мы узнали главное — пара полностью автоматизированных роботов, не получая никаких указаний и коррекции, сумела преодолеть два рубежа заслона противника и только на третьем была обнаружена и вступила в бой. Это так называемый двадцать четвертый пост.
Обычный форт с аппаратурой слежения и артиллерией. Так вот, господа, ценой потери двух штурмовых вертолетов и сотни выпущенных снарядов «кай-тай» они сумели уничтожить только одного робота, а второй ускользнул. При этом в форте были уверены, что машина была всего одна. Я обращаю ваше внимание на необыкновенно высокий уровень компьютерного управления машиной, которого удалось достичь нашей инженерной службе… Я здесь, конечно, не для того чтобы хвалить полковника Бусыню, но я был впечатлен…
По рядам офицеров прошел шепот, все, поглядывая на Бусыню, одобрительно закивали.
Даже сам генерал тоже кивнул и, наклонившись, что-то шепнул начальнику штаба.
— Ну и еще, господа, у этого шоу было продолжение. Второй «большой сато» добрался до расположения базы отдыха фронтовой смены противника и вступил в бой, по всей видимости, с механизированным патрулем. После чего подвергся ударам с воздуха и, скорее всего, был уничтожен. О потерях противника мы точных данных не имеем, но знаем, что два или три его летательных аппарата были сбиты.
После столь многообещающего выступления слово получил начальник бюро службы безопасности при группировке, майор Танжер, умевший даже китель носить так, словно это был костюм «от Фабеджи».
В отличие от других выступавших Танжер коротко проинформировал всех о том, когда и сколько сотрудников были замечены в нарушении секретного режима.
— Я намеренно не называю фамилии офицеров, которые подвергают опасности боеспособность нашей группировки, о них доложено командующему, но хочу попросить вас, господа офицеры, быть внимательнее.
Агенты противника не дремлют и всегда готовы утащить что-то с вашего стола. Будьте бдительны. У меня все.
Хоторн нервно дернул бровью, Танжер ему не нравился. Быть может, своей излишней щеголеватостью, кажущейся молодостью или налетом всезнайства. С кем бы он ни разговаривал, он всегда ухмылялся, словно ставя все сказанное собеседником под сомнение.
