Она дает ему двадцать три энергичных оборота, и он заводится.
— Здорово… — сказал Джек и вздохнул. Потом посмотрел на укороченное ружье и покачал головой.
— Ты испортил свое ружье, Ферлин, на чем я теперь буду тренироваться?
— Я испортил другое ружье, Джек. Твое лежит в целости и сохранности.
— Так у тебя было два?
— У меня их больше. Но это секретная информация, понял?
— Так точно, сэр. Только, по-моему, тут еще кое-каких деталей не хватает.
— Молодец, хвалю. Я не только укоротил ствол, но и сократил масляный радиатор.
— А у ружья есть радиатор?
— Ну конечно, а как, по-твоему, охлаждать масло в масляном амортизаторе? Только проталкивая его через радиатор. Но поскольку укороченная винтовка нужна лишь для кратковременного боя, можно обойтись без системы охлаждения. А это минус два с половиной кило. Не слабо?
— Не слабо.
— Ты как вообще себя чувствуешь?
— Как будто немного ушибленный.
— Слышишь нормально?
— Вроде да, — кивнул Джек и на всякий случай пощелкал пальцами возле уха.
— Да, слышу хорошо, но все как будто через вату…
— Тогда это от нервов. Временно. Ну, пойдем в дом, в таком состоянии лучше посидеть на месте, да и оружие сдать надо. Ты револьвер-то не потерял?
— При мне, — ответил Джек и похлопал по кобуре.
Ферлин отпер дверь, и они вошли в дом, где все еще ощущался запах кофе.
— Мяса хочешь? — предложил Ферлин, снимая шляпу и куртку и ставя в угол укороченное ружье. Джек заметил у компаньона кобуру с пистолетом на том же месте, где у него самого был револьвер.
— Значит, ты подстраховался? — спросил Джек.
— Ты про пистолет?
Ферлин снял кобуру и положил на стол. Затем выложил рядом стопку денег.
— Дело денежное, опасное, поэтому одного ружья могло оказаться мало… Сейчас мясо принесу.
Он вышел на кухню и вскоре вернулся с глубокой тарелкой, в которой было мясо сапиги, правда, не в том виде, каким его привык есть Джек.
— Что это за мясо? — спросил он, принюхиваясь.
— Маринованное. Я его с солью и специями мариную.
Четыре дня, и готово.
Джек попробовал. Чем-то это напоминало ему корни прибрежной осоки, которые разрастались поздней весной и имели молочный привкус. Джек носил их домой мешками, и мать их так же мариновала в бочонке. Обычно выходило много, хватало до следующей весны.
— Понравилось?
— Нормально.
— Ладно, надо сделать расчет. Ферлин поднялся, взял с полки жестяную коробочку и, открыв ее, достал несколько мелких банкнот и монет по одной лире.
