Слезы стекает по щекам от бессилия и боли. Я понимаю, что его не остановить. И помощи ждать неоткуда.
Кручу головой, спасаясь от его губ, и тут раздается громкий звук. Зажмуриваюсь, потому что на меня летят осколки.
Вадим сразу же вскакивает с меня, а потом глухой удар и он отшатывается. Хватается за губу.
Я приподнимаюсь.
В разбитое стекло вижу… Мэта?! С огнетушителем. Именно им он, похоже, и разбил стекло.
— Ты что делаешь?! — кричит Вадим, все еще держась за скулу. — Не расплатишься! Убью!
— Еще получить хочешь?! — Мэт просовывает руку и разблокирует двери.
Я поднимаюсь, стряхиваю с себя осколки. Быстро открываю дверь и выбегаю на улицу.
— Мэт? Матвей? Что ты тут делаешь? Матвей? — не могу остановиться.
— Успокойся, — говорит он и заглядывает в салон к Вадиму: — сам уедешь или полицию вызывать? Еще раз увижу тебя рядом с ней, убью, тварь. Сяду. Но сначала убью тебя. Живым закопаю. Понял?
— Да пошел ты, Джонсон, — Вадим сплевывает в окно кровь. — О сделке забудь. Забирай свою шалаву. Думаешь, она по-настоящему? Она просто цену набивала.
Мне ее начальник рассказал. Но переплачивать тут не за что. Пошла она. Забирай!
Потом он заводит машину и буквально срывается с места.
— Матвей, — шепчу я, — спасибо. И взгляд падает на сжатый кулак, откуда сочится кровь. Похоже, он порезался, когда разбивал стекло.
Мэт стоит и смотрит на меня исподлобья. Тяжело дышит. Как будто только что пробежал марафон.
Я сама тянусь к его руке. Смотрю на кровь.
— Пойдем, — тяну в подъезд.
Будет верхом неблагодарности, если я сейчас не окажу ему первую помощь.
Мы заходим в квартиру и приглашаю его на кухню.
— Подожди, я сейчас.
Бегу в комнату, но, прежде чем взять аптечку, быстро убираю все фотографии сына с виду. Осматриваю комнату. Вроде, все.
Возвращаюсь к Мэту. Беру его руку, чтобы обработать рану.
— Я сам, — забирает он ее и чуть слышно стонет."
"— Может, к врачу? Вдруг там осколки внутри застряли?
— В порядке все, — говорит сухо. — Надеюсь, я не помешал вам? — впивается в меня взглядом.
— Ты спас меня, Мэт, — стараюсь не обращать внимания на его колкость. — Спасибо. Но что ты тут делал? Как оказался?
— Хотел с тобой поговорить. Извиниться за вчерашнее. Увидеть тебя, — опускает взгляд.
— Дай, я посмотрю, — беру его руку. И он вдруг перехватывает мои пальцы и сжимает их.
— Зачем ты поехала с ним? Он правду сказал? Про Брендона?
В меня как будто ножом ударяют.
— Наверное, лучше к врачу, — говорю сухо.
Мэт встает и берет меня за подбородок.
