Бет даже не могла быть уверена в том, что Сэм всегда будет с ней рядом.
Она могла рассчитывать только на себя. Но эта мысль казалась холодной и безрадостной."
"Никто не ожидал, что Сэм захочет прийти на похороны, потому что он виделся со старым мистером Лэнгворси лишь раз в жизни, когда помогал перенести его в столовую на Рождество. Но ему нужно было идти на работу, поэтому Бет накинула на плечи шаль и на цыпочках прошла в гостиную, чтобы зажечь масляную лампу, растопить печку и поставить чайник на огонь.
Сэм, свернувшийся на своей узкой кровати, выглядел умиротворенным и беззаботным. Он до сих пор не понял, что смерть старого мистера Лэнгворси может повлечь за собой проблемы, а Бет не хотела рассказывать ему о своих страхах, потому что Сэм казался абсолютно счастливым с тех пор, как начал работать в «Аделфи».
— Сэм, пора вставать, — тихо сказала она и потрясла его за руку. Он открыл глаза и зевнул.
— Уже! Мне кажется, я поспал только пару часов.
— Сейчас шесть утра и на улице идет снег, — сказала Бет, поражаясь тому, каким красивым стал ее брат.
Его лицо стало более мужественным, Сэм отрастил небольшие усики, а его длинные ресницы оттеняли прекрасные синие глаза. При мысли о том, что скоро он найдет себе возлюбленную и ей придется отойти на второй план, Бет ощутила легкий укол ревности.
Сэм улыбнулся, спрыгнул с кровати и бросился к окну как ребенок. В одном шерстяном ночном белье он выглядел несколько смешно.
— Я люблю снег, — сказал Сэм, улыбнувшись сестре.
— В некоторых штатах Америки он выпадает в ноябре и лежит до весны.
— Что может быть хуже, — лукаво сказала Бет, становясь на колени, чтобы вынуть ящик с золой из-под печки. Она кривила душой. Бет снег нравился не меньше, чем Сэму, и ее лучшие детские воспоминания были связаны с катанием на санках с братом. Но ей надоели его постоянные разговоры об Америке.
— Вода в чайнике уже достаточно нагрелась, так что можешь умыться и побриться. Чистая рубашка висит на двери спальни.
— Ты становишься похожей на старую деву, — заметил Сэм.
Бет, Кэтлин и кухарке удалось найти себе свободное место у входа в церковь Святой Бригитты. Так случилось потому, что они шли последними в процессии, следующей за шестью экипажами, в которых ехали члены семьи и родственники, и все лавки уже оказались заняты. На фоне снега черные, украшенные плюмажами лошади и гроб, усыпанный цветами, представляли весьма впечатляющее зрелище.
