— Словно я об этом беспокоюсь! — рассмеялась миссис Лэнгворси и охотно взяла ребенка.
— Ну, малышка Молли, тебе пора обедать, — сказала она. — И что у нас?
Молли увлеченно играла ожерельем миссис Лэнгворси, все время пытаясь сунуть его в рот.
— Кухарка оставила ей немного тушеной баранины, — сказала мисс Брюс. — Кормить Молли одно удовольствие. Ни разу не видела, чтобы она от чего-то отказывалась.
— Можно мне ее покормить? — спросила миссис Лэнгворси.
Бет не понимала, почему ее хозяйка хочет это сделать, но охотно согласилась.
— Вам лучше надеть фартук. Молли такая грязнуля, — посоветовала Бет.
Мисс Брюс выполняла свои обязанности, но при этом время от времени заходила в кухню посмотреть, как миссис Лэнгворси кормит Молли. К ее удивлению, хозяйка отлично справлялась. Она посадила Молли к себе на колени и ложечкой отправляла еду в маленький жадный ротик. Гораздо более интересное зрелище представляла Бет, сидевшая по другую сторону стола. Она открывала и закрывала рот одновременно с Молли, а ее рука все время непроизвольно дергалась, словно Бет не могла поверить, что миссис Лэнгворси сможет собрать еду вокруг ротика девочки и отправить ее по назначению.
Хозяйка заметила напряжение Бет.
— У меня богатый опыт, — сказала она, весело засмеявшись. — Я регулярно кормила своих младших братьев и сестер. И перестала иметь дело с детьми только после замужества.
— У вас действительно хорошо получается, — восхищенно сказала Бет. — В первый раз увидев Молли, я пришла в ужас. Я раньше никогда не держала в руках новорожденного, не говоря уже о кормлении и пеленании.
— Я хотела бы ее переодеть, — просияла миссис Лэнгворси. — Гораздо приятнее ухаживать за детишками, чем за сварливыми стариками.
Мисс Брюс отвернулась, чтобы никто не заметил ее слез. Она понимала, что ничего хорошего из этого не выйдет, потому что Бет скоро уедет и заберет Молли с собой.
Всю осень, а также Рождество и начало нового года мисс Брюс наблюдала, как Бет и Молли постепенно завоевывают сердца обитателей особняка на Фолкнер-сквер.
Это не было игрой воображения, потому что женщина и сама подпала под действие их чар.
Было сложно не полюбить того, кто способен петь, даже стирая грязные пеленки. Веселый смех Бет оживлял подвал, ее желание помочь всем создавало в доме атмосферу счастья. Днем Бет с радостью чистила столовое серебро, гладила рубашки мистера Эдварда или читала вслух старому мистеру Лэнгворси, хотя и не получала денег за эти дополнительные заботы.
