— Мы опробуем вашу постель или мне вернуться к себе?
— Пожалуйста, останьтесь со мной, — сказал он, снова целуя ее. — Я хочу доказать, что могу быть нежным.
Глава 33
— Джон, просыпайся, там что-то случилось, — сказала Бет, толкая его в плечо.
Прошло около семи недель с тех пор, как она впервые переспала с ним, и у нее еще ни разу не было повода об этом пожалеть. Джон оказался не только очень нежным, но еще и очень требовательным. Он часто приходил к ней днем, когда в баре внизу было полно людей, между ее выходами на сцену, и все еще желал ее, закрывая салун рано утром.
Именно это и было нужно Бет. Теперь она почти не вспоминала о Тео, а даже когда это и происходило, ощущала скорее легкое изумление, чем боль. Она завела много новых друзей, у нее были сбережения, и, поскольку работала она только по вечерам, у нее находилось достаточно времени, чтобы помогать в больнице днем.
Бет все еще скучала по Джеку, но каждые две недели кто-нибудь с Бонанзы привозил от него письмо. Он работал на Эдда Озборна, старожила золотоискателя, которого все ласково звали Страусом[7] или Озом, поскольку он редко покидал свой участок.
Видимо, Джек был счастлив, поскольку в его письмах было много забавных историй о знакомых старателях.
Бет была довольна своей жизнью. Ее отношения с Джоном основывались на взаимной страсти, но ей не нужно было притворяться влюбленной или надеяться на совместное будущее, В Виргинии у Джона остались жена и трое детей, и он был достаточно честен, чтобы с самого начала признаться, что к середине лета планирует продать «Монте-Карло» и вернуться домой.
— Там все время что-то случается, — сказал Джон сонно, пытаясь притянуть ее к себе. — Ложись спать.
Бет уже собиралась уютно устроиться рядом с ним, когда услышала крик «Пожар!» Она мигом вскочила с постели и подбежала к окну.
В дальнем конце Фронт-стрит стояло золотое зарево, но этого было более чем достаточно. На этот раз Бет пришлось воспользоваться кулаками, чтобы разбудить Джона.
В девяносто восьмом году она уже видела, как быстро может распространяться пожар. В ту ночь отели «Гринтри» и «Уорден», а также почтовое отделение сгорели дотла, и людям пришлось разрушить соседние здания, чтобы остановить огонь, который мог уничтожить весь город. Джон побежал будить всех в «Монте-Карло», пока Бет одевалась как можно теплее, поскольку на улице было сорок градусов мороза.
С гулко бьющимся сердцем Бет бежала вместе с Джоном к месту пожара.
