Солнце, которое светило 22 часа в сутки, невысыхающая грязь, фальшивые фасады салунов и пароходы, почти ежедневно привозящие из Сиэтла и Сан-Франциско шампанское, устриц и прочие деликатесы.
Казалось странным, что каждый из них тащил с собой через горы тонны провизии, только чтобы узнать, что здесь мука, сахар и рис никого не интересуют. Еще более странным выглядело то, что тысячи людей, пожертвовавшие своим имуществом ради возможности совершить это путешествие, рисковавшие здоровьем ради мечты о богатстве, теперь ничего не делали, чтобы найти золото.
Бет, Джек и Тео никогда не собирались становиться золотоискателями. Но почти все остальные приехавшие сюда мечтали об этом. И тем не менее, пришвартовав лодки, которые теперь стояли в шесть рядов вдоль берега, эти люди бесцельно бродили по городу, даже не пытаясь выбраться к ручьям, где нашли золото. Казалось, им было достаточно уже того, что они сюда добрались.
Бет могла понять, если бы они устали, ведь большинство путешественников потратили на дорогу сюда целый год и подверглись немыслимым испытаниям.
Многие сожгли за собой все мосты, оставив работу, дом, а иногда и жен с детьми, и истратили на путешествие все свои деньги. Они рисковали здоровьем, рассудком, а порой и жизнью. Но ведь несколько дней отдыха помогли им собраться с силами! Почему же теперь эти люди старались продать все свое имущество, чтобы купить билет на пароход и вернуться домой? Неужели их жажда золота неожиданно исчезла? Или, может быть, золото никогда и не было их настоящей целью и они просто мечтали пережить величайшее приключение в своей жизни?
Поговаривали, что сейчас в Доусоне находится около восемнадцати тысяч человек и еще пять тысяч ищут золото на близлежащих ручьях.
Всего же здесь было почти столько же жителей, как в Сиэтле. Когда все места, где можно было разбить палатку или поставить хижину, оказались заняты, прибывающие начали селиться на противоположном берегу реки, в месте, названном Вшивый город.
На берегу возник огромный рынок. Здесь можно было приобрести собак, лошадей, сани и мешки с мукой, заплатанные рубашки, тупые топоры, длинные зимние панталоны, куртки и высокие сапоги. Люди постоянно перебирали этот хлам и, к разочарованию продавцов, желавших уехать домой, в основном отказывались его покупать.
Но с каждым пароходом сюда прибывали сотни людей: танцовщицы, актрисы и проститутки, банковские служащие, доктора и даже министры.
