После уютного жилища Джефферсона хижина показалась ей угрюмой и бедно обставленной. Кроватями им служили простые мешки, набитые соломой. Тот из них, который Бет делила с Тео, оставался нетронутым с прошлого вечера. Значит, он снова не ночевал дома. На постелях Сэма и Джека остались вмятины от их тел, а одеяла, как обычно, лежали живописными грудами.
Ее брату и Джеку было известно о том, что она ушла выпить к Джефферсону, и судя по набитой дровами печке, они не сердились на нее за проведенную у него ночь. Тем не менее Бет испытывала неловкость.
Для мужчин считалось нормальным ночевать у женщин, но если так поступала женщина, ее сразу же записывали в проститутки.
Бет приняла ванну у Джефферсона. Он все для нее приготовил и даже собственноручно вымыл ее. Бет села в подаренное им кресло-качалку, закрыла глаза, вспоминая испытанное наслаждение, и поняла, что ее совсем не волнует, что о ней подумают. Когда парни вернутся, она что-нибудь придумает. Джек и Сэм постоянно крутили романы с местными девушками. Почему она не могла поступить так же?
А что до Тео, то если ему это не понравится, пускай уходит к своей шлюхе Долли.
Возможно, если он узнает, что она хороша только для одного и не умеет стирать, готовить и шить, то поймет, какое сокровище упустил.
Во второй половине дня дверь хижины с треском распахнулась, впуская внутрь ледяной ветер и метель.
Бет дремала в кресле-качалке. Она вздрогнула и проснулась. В дверях стоял красный от злости Тео.
— Как ты могла позволить этому ублюдку тебя трахнуть?! — закричал он на нее.
— Ты выставила меня полным идиотом!
Бет знала, что рано или поздно придется во всем признаться, ведь слухи о ней и Джефферсоне рано или поздно дойдут до Тео. Но она не предполагала, что это случится так скоро.
Какое-то время она просто смотрела на него. Ее потрясло, что его больше волновало то, как отреагируют на эту новость люди, чем сам факт измены.
— Ты сам во всем виноват, — дерзко заявила Бет. — Ты уже несколько месяцев ведешь себя со мной как свинья. И все время проводишь с этой шлюхой в «Красной луковице».
— Я занимался бизнесом, — огрызнулся Тео. — Если мужчина хочет чего-то добиться, он должен прежде всего интересоваться своим делом.
— Знаю я, какого рода бывают дела в борделях, — возразила Бет, начиная злиться. — И я не собираюсь делить тебя со шлюхой, так что возвращайся туда, откуда пришел, и жди своей очереди, чтобы ее трахнуть.
Тео, кажется, удивился.
— Ты лживый, нечистый на руку мошенник, — продолжала она.
