– Ты погубил! Позор! Надо было раз – и всё! Зачем трогал??
– Тебя бы сбила машина. Или замёрзла бы там к чёрту!!
– И пусть!! Домой – не надо. На колени – не надо!! Отцу – не позор! Закрыть глаза, и всё! Всё!!! – отчаянно пытаюсь ему объяснить.
Почему он не понимает?! Почему???
– Не смей такого говорить! Ты юная совсем! Только начинается жизнь у тебя!
Всё расплывается от слёз, и очень горячо внутри.
Веки тяжёлые…
И в ушах шумит.
– Пойду обратно. Не трогай больше.
Говорю решительно. Но знаю, что как только выйду отсюда, мне опять будет очень страшно и горько.
Обидно. И очень сложно завершить то, на что я решилась. Или очень хочу решиться. Потому что всё остальное гораздо невыносимее!
Отодвигаюсь к краю дивана, чтобы встать и не коснуться его.
Встаю. Пошатываясь, иду к двери. Колени подкашиваются от слабости и страха.
– Погубил?!
Обгоняет, загораживая выход.
Глаза хищные…
Закрываюсь руками крест-накрест. От страха сводит низ живота.
– Раз погубил, доведу начатое до конца! Если твоя культура не защищает тебя в этой ситуации, то я отказываюсь её принимать! И защищать буду так, как сочту нужным.
В своей культуре. А ты судить будешь уже по факту. Туда, куда ты собралась, никогда не поздно попасть!
– Не понимаю… – шепчу я, отступая назад.
Он – шаг ко мне.
Я – назад.
Ещё шаг ко мне.
– Не надо…
Рывком оказывается между мной и диваном, на который я инстинктивно бросаю взгляд, чтобы разделить пространство между нами.
От ужаса застываю и зажмуриваюсь.
Что ему надо?!
Чувствую, как он вытягивает тяжёлые серьги из моих ушей.
Щелчок застёжкой ожерелья – и каменная тяжесть исчезает с моей груди.
Пусть забирает! – начинаю плакать. Разве не знала, что так будет? С самого начала знала!
И чтобы он не трогал меня, сама снимаю кольца с рук, оставляя только сломанное мамино.
Протягиваю ему, не поднимая глаз.
Забирает, ссыпает всё на стол. А я опять иду к двери. Теперь уж отпустит?
Но на плечи ложится тяжёлое одеяло. И он подхватывает меня на руки.
– Не надо… пусти… – умоляюще шепчу ему.
– Ты говорил – брат… Не обидишь…
– Не обижу.
Несёт к дивану. Садится, сжимая меня крепче у себя на коленях.
От шока я даже не сопротивляюсь. Даже у мужа ни разу не сидела на коленях!
Только у Амира, когда была совсем девочкой!
Стыдно как… – горит моё лицо и всё внутри.
Вдыхаю его совершенно чужой, непривычный запах. Он проникает очень глубоко и лишает меня воли окончательно. Вижу, как мощно бьётся вена на его крепкой шее. Пальцы касаются моей щеки.
