Отец сел на скрипнувший под ним представительский диван и в изнеможении откинулся на спинку."
"– У тебя с рождения было больное сердце, – сказал он тихо, глядя не на сына, а на свои руки, изборожденные выступающими венами. – Ты умирал. Времени на размышления не было, и я поставил тебе механическое сердце. После того как выяснилось, что ты болен, я все время носился с этой идеей и вел непрерывные исследовательские разработки. Когда сердце понадобилось, испытания не были завершены, но я принял решение рискнуть.
Врачи не спасли бы тебя…
Все молча слушали, ожидая продолжения рассказа.
Алексей Михайлович вздохнул, переводя дух, и продолжил:
– Я поставил тебе сердце, чертежи которого есть как раз на тех бумагах, что так долго искал Ланской. Оно содержит в себе несколько особых деталей, с помощью которых ты можешь напрямую подключиться к любой компьютерной или электронной системе.
– Но это какой-то бред! – не выдержав, воскликнул Олег. – Такого просто не может быть!
Отец посмотрел ему в глаза и покачал головой.
– Тебе становится плохо от некоторых видов излучения. Вспомни, мы с твоей мамой никогда не пользовались микроволновкой. Тебе наверняка хорошо дается поиск в Интернете и ориентирование на местности. Ты никогда не задумывался, почему это?
– Выходит, я какой-то киборг! Вот ведь сюрприз! Как раз подарочек для профессора! В его коллекции уродов, должно быть, не хватало киборга.
Олегу хотелось плакать и хохотать как безумному или, лучше всего, разбежаться и стукнуться головой о стенку.
В общем, сделать хоть что-нибудь, а не стоять здесь как идиот или экспериментальная модель с каким-нибудь восьмизначным номером.
Алиса успокаивающе положила руку ему на плечо.
– Чудовище здесь одно, – тихо сказала она, – это я… Взгляните мне в глаза, – девушка повернулась к Волкову-старшему.
– Глаза с адаптирующимся к свету зрачком. Так называемые кошачьи глаза… – Алексей Михайлович, не отводя взгляда, смотрел на Алису. – Мы встречались с тобой в мире снов, и там твои глаза были настоящими.
Я знал, что они такие, с самого начала, и ничего ужасного в этом нет.
Девушка вздрогнула, а Алексей Михайлович вновь посмотрел на сына.
– Ты можешь переживать по поводу своей непохожести на других, а можешь вывести нас отсюда. Выбор за тобой.
Олег сжал зубы. Неожиданная новость не из приятных, но все же отец прав. Чудовищно прав. Если его… ммм… особенности помогут выбраться из лаборатории, это не проклятие, а дар.
– Хорошо.
