Ты ведь знаешь меня с самого рождения, папа! Знаешь мой характер, что я никогда не поступлю так, наплевав на всех и вся! Я ведь твоя дочь! Твоя! Разве я бы могла специально сделать что-то, чтобы навредить вам? Ответь мне?
Уже откровенно бросаю намек. Ну давай же. Давай! Скажи, что будешь на моей стороне и примешь любое мое решение.
Пойдешь на встречу! Обнимешь, черт возьми!
Я так надеялась, что хоть он поддержит, если родная мать уже отказалась. То с отцом мои отношения были всегда хорошими, а тут...
Я смотрю на него с надеждой, однако по его ожесточенному виду, вскоре понимаю, что все бесполезно.
Он все для себя решил.
Теперь я — враг семьи Юсуповых.
— Ложь, — он мотает головой. — Так моя дочь бы никогда не поступила. Развод я ваш не принимаю. И никогда не приму! Потому что это позор! Самый настоящий позор, Дарина! — повышает голос. — Захотела она! Я никогда не приму этого! Никогда! Такого не может быть в нашей семье! Такое не приемлют! У нас никто не разводился ещё по пустякам!
— Смирись, папа! — на глазах наворачиваются слезы от несправедливости.
— Все уже решено! Мы развелись! Назад пути нет и не будет! С Альпом из-за чувства долга я оставаться не собираюсь, тебе ясно?!
От злости он проводит рукой по бумагам и принадлежностям, которые итак в хаотичном порядке лежат на его столе, тем самым очищая все содержимое пространства и выбрасывая вещи на пол.
— Ну и на что?! На что, позволь услышать, ты будешь дальше жить, м? — усмехается он. — У тебя даже опыта работы нет, Дарина! Тебя такую никто не возьмёт.
О чем ты думала, когда подала на развод?! М?! Жила бы себе спокойно с Альпом дальше! Не получается у них... Ну конечно! Сказки мне здесь рассказывай! Все это решается! Но никогда не разводятся! А что скажет их семья? Никто не примет ваш развод. Никто!
Я пропускаю его последние слова мимо ушей, игнорируя обвинения и отвечаю только на основной вопрос:
— По поводу работы можешь не переживать, если, конечно, действительно беспокоишься. Я уже себе ее нашла. У меня все хорошо и без Альпа, — я встаю с места, поскольку уже не вижу смысла оставаться здесь.
И без того нервы на пределе. — А по поводу семьи Чакырбейли... Так я не запрещаю вам общаться. Можете как и дальше вести диалог, не считая друг друга врагами. Я ничего плохого к ним не имею. У нас с Альпом был развод по договору, без всяких претензий. Мы не обижаемся друг на друга. Поэтому не нужно враждовать с ними. Общайтесь в том же духе. Можете продолжать свою работу, как ни в чем не бывало.
