И пока мои «родные» окончательно не приняли наш разрыв, не осознали, нужно временно куда-нибудь переехать. Или просто скрыться и не выходить на связь.
Моя семья вряд ли станет искать меня, потому что у них и без того проблем по горло. Однако, если наш развод станет известен всем — в первую очередь об этом узнает пресса, я даже не сомневаюсь, потому что постарается в этом любовница Альпарслана, и в таком случае… Отец начнет интересоваться, куда же делась его единственная дочь?
Но будет слишком поздно.
Он меня не найдет.
Я стою у окна и смотрю во двор. На то, как дети играют в парке у песочницы. На то, как бабушки сидят на лавочке и о чем-то болтают. И на то, как молодая пара гуляет, держась за руки. В такую рань... Надо же.
Вздрагиваю, чувствуя, как кто-то обнимает меня за талию и прижимается всем телом. Это, конечно же, моя единственная подруга. Единственный человек, как оказалось, которому я нужна.
Я ловлю дичайшую ностальгию, глубоко вздыхаю и окунаюсь в прошлое. Ведь ещё недавно точно так же обнимал меня Альп и, прижавшись щекой об мою, тёрся своей щетиной.
А сейчас... Сейчас все настолько плохо, что волком выть хочется. Но стоит ли лить слезы ради предателя? Стоит ли убиваться ради того, кто не моргнув глазом решил избавиться от тебя? Кто выбрал другую и за три года супружеской жизни черт знает сколько раз изменял?
Нет. Однозначно не стоит. Но справиться с эмоциями на данном этапе очень сложно. Просто невероятно.
— Возможно, все это к лучшему, Дари, — шепчет Рената совсем тихим голосом.
— Альпарслан видимо, давно планировал развод, раз уж так быстро все документы подготовил. И раз он выдвинул тебе условия. Ты тоже выдвинь свои, родная. Скажи, чтобы к тебе в будущем не было никаких претензий. Чтобы он не искал тебя, не пытался как-то пересечься. Чтобы потом не качал права, если вдруг что-то ему не понравится. Или… сама знаешь о чем может пойти разговор, — подруга касается ладонью моего живота и понижает голос до минимума. — Мы знаем, что ты беременна. Он — нет. А что будет если узнает? Неизвестно.
Поэтому пусть не накидывается, мол, почему ты ребенка скрыла. У тебя есть на это право. Он от тебя отказался, а значит, ребенок от нежеланной женщины ему тоже не нужен. Пусть катится к своей любовнице.
В словах Ренаты есть истина. Она действительно права.
— Я подумаю над твоим предложением. Но сейчас мне нужно ехать, — проговариваю осипшим голосом и моментально облизываю пересохшие от волнения губы. — Вернусь через часа три. Увидимся.
