Сейчас очевидно, что ты не готова к детям: у тебя и в мыслях, и в душе — полный беспорядок. Это тоже пройдет, эмоции поутихнут, придет уверенность в завтрашнем дне.
Нет причин сомневаться в Костиных словах. Да и не хочется. Рядом с ним мне спокойно, даже несмотря на творящийся в жизни хаос. По факту я чужая жена, у меня поддельные документы, я не могу общаться с сестрой и любимыми подругами. Но достаточно знать, что у них все хорошо и им ничего не угрожает.
Перемены не даются просто, люди часто приносят что-то в жертву.
Моя заключается в том, что я не смогу вернуться в Россию. Надеюсь, поддержка Гончарова поможет смириться с этим.
— Куда ты меня ведешь? — спрашиваю у Кости, разглядывая проходящих мимо людей.
Никак не привыкну, что их здесь очень и очень много. Абсолютно спокойные днем и безумные ночью.
— Сейчас поймешь, — отзывается он. — Кстати, как тебе Токио? Я не просто так сконцентрировал здесь все свои сбережения. Дорогой город. Как раз для моих возможностей.
— По мне, это обычный мегаполис с чистыми улицами и огромным количеством людей.
Я иначе все представляла. На том острове, куда мы недавно ездили, мне понравилось больше.
— В метро спускалась? — интересуется Костя.
— Хотела, но Нобуо запретил. Сказал, что толпа буквально вносит на руках в вагон.
— Молодец, что прислушиваешься к его словам.
— Как ты его нашел?"
"— Много лет назад я приезжал в Токио с рабочей командировкой. Познакомились, завязалось общение. С Нобуо мы сошлись во взглядах на ведение общего бизнеса.
Я показал ему свои расчеты, свел с Ильёй, и так все началось. Мой умный брат уже в четырнадцать выдавал такие схемы, что бывалым бизнесменам и не снились. Я кое-что дорабатывал, и мы с Рафаэлем воплощали эти планы в жизнь. Часть сумм оседала в России на счетах, другой частью я искупал свои грехи перед Багдасаровым, пока не прикипел душой к этой семье. Остальное выводил на заграничные счета, чтобы не привлекать к себе и без того повышенное внимание.
— А Илья?
— Брату здесь нравится. Он с детства увлекается электроникой и физикой, а тут для этого созданы все условия.
Плюс крупнейшая сеть лакшери отелей по всей Азии. Илья избалован комфортом. Однажды я показал ему снимки села, где мы родились, в ответ он попросил больше так не делать, обосновав тем, что я наношу ему психологическую травму картинами грязных трущоб. Кирилла с Мариной он не особо любил, даже не проявлял к ним интереса и общаться не хотел. Мне, конечно, льстит, что с тобой все иначе.
